|
|
ОглавлениеГлава 1. Возникновение и развитие доктрины хозяйственного права Глава 2. Развитие системы нормативных правовых актов о предпринимательстве. Судебная практика Глава 3. Субъекты предпринимательского права Глава 4. Государственное регулирование предпринимательской деятельности Глава 5. Саморегулирование предпринимательской деятельности Глава 6. Правовое регулирование инновационных отношений в сфере предпринимательства Глава 7. Защита служебных результатов интеллектуальной деятельности и прав авторов Глава 8. Предпринимательские договоры понятие и проблемы Глава 11. Правовое регулирование процесса осуществления иностранных инвестиций в экономику России Глава 15. Проблемы совершенствования механизма защиты прав предпринимательских структур Для бесплатного чтения доступна только часть главы! Для чтения полной версии необходимо приобрести книгуГлава 15. Проблемы совершенствования механизма защиты прав предпринимательских структурВ настоящее время народно-хозяйственный комплекс РФ, по сути состоящий из разного рода предпринимательских структур, весьма — в количественном выражении — внушителен. По данным ЕГРЮЛ, по состоянию на 1 января 2016 г. насчитывалось 4 150 374 коммерческих организаций (253 полных товарищества, 497 товариществ на вере, 3 962 627 ООО, 476 обществ с дополнительной ответственностью, 126 074 АО, включая 98 313 ЗАО, 24 270 ОАО, а также 21 650 производственных кооперативов, 23 262 унитарных предприятия, 15 535 прочих коммерческих организаций). Кроме того, хозяйствовало 3 500 724 индивидуальных предпринимателя и 139 506 крестьянских (фермерских) хозяйств, сведения о которых содержатся в ЕГРИП. При этом число предпринимательских структур — юридических лиц — в России растет: на 1 января 2012 г. их было всего 3 872 367. В то же время число индивидуальных предпринимателей и фермерских хозяйств сокращается: по состоянию на 1 января 2012 г. их насчитывалось соответственно 3 397 508 и 144 096. Бесспорно, есть прямая зависимость между возможностью для предпринимательских структур любого государства эффективно хозяйствовать (правда, это весьма широкое понятие, включающее множество составляющих: и для самой структуры, позволяющей ей развиваться, и для ее владельца, получающего высокий доход, и для бюджета, получающего объемные налоговые и иные отчисления, и для работников, получающих высокие заработные платы, и т. д.; но ведь тут велика вариативность этих составляющих) и состоянием совокупного правового регулирования предпринимательской деятельности в этом государстве. Это проиллюстрировано С.С. Занковским. Зависимость между возможностью для предпринимательской структуры эффективно хозяйствовать и состоянием организационно-правового механизма защиты ее прав и законных интересов в случае их нарушения или оспаривания не столь очевидна в наглядных проявлениях прежде всего в силу многозвенности и разноплановости этого механизма. С определенной долей условности в этом механизме можно выделить две составляющие: внешнюю, обеспечиваемую государством посредством работы соответствующих специальных институтов, и внутреннюю, обусловленную способностью самой предпринимательской структурой к осуществлению действий и мероприятий по охране и защите своих прав и продвижению своих интересов. В реалии: внешняя — обеспеченная государственным правовым регулированием (как качественно — это здесь второй вопрос) деятельность, осуществляемая специальными органами (судебными, квазисудебными и иными, подчас лишь в малой мере юрисдикционными), укомплектованными специализирующимися на такой работе профессионалами, наделенными специальными полномочиями, действующими в специальных профессиональных процедурах, и т. д.; внутренняя — осуществляемая силами и средствами самой предпринимательской структурой деятельность по защите своих прав и интересов — непосредственная либо опосредованная через внешнюю составляющую. Здесь речь идет о юридической службе предпринимательской структуры. § 1. Юридическая служба в предпринимательствеЗащита прав и законных интересов любой предпринимательской структуры, как в прошлом, так и сейчас, а также, с очевидностью, будет и в будущем осуществляться прежде всего правовыми способами, правовыми средствами и в правовых формах. Что, конечно, не исключает необходимость защиты физической, информационной и проч., осуществляемой, впрочем, также в рамках действующего законодательства. При этом чем крупнее предпринимательская структура, чем разнообразнее ее профильная деятельность, тем выше должен быть уровень правового профессионализма лиц, эту защиту осуществляющих. Либо уже не один универсальный — в правовом плане — профессионал должен действовать, а несколько узкопрофильных специалистов. И здесь могут быть задействованы как собственные — для предпринимательской структуры — специалисты — юрисконсульты, состоящие в ее штате (юридические бюро, группа, отдел, управление, департамент), так и специалисты, в штате структуры не состоящие и осуществляющие юридические действия в интересах структуры на основе гражданско-правовых договорных обязательств (индивидуальные юристы, адвокатура, юридические фирмы...). И появились эти организационные формы отнюдь не вчера. Корни юрисконсультской профессии уходят в древние, даже древнейшие времена; в Европе — во времена Древнего Рима. Как отмечается в научной литературе, к концу III в. до н.э. юриспруденция перестала считаться тайным искусством жрецов, их место заняли светские юристы, расцвет деятельности которых относится к I—III вв. — эпохе начала принципата, причем, в отличие от ораторов, выступавших в судах за вознаграждение, юрисконсульты Рима давали консультации бесплатно, их удовлетворяли слава, популярность, влияние, которые они приобретали в результате своей деятельности, и кульминацией их развития следует считать период правления Юстиниана (527—567 гг.). Специализированные организационные формы профессиональной юридической деятельности стали в Европе различаться и развиваться лишь со второй половины XVIII в. Более-менее обособленную свою организационную форму адвокатура, например, получила в Европе только в XIX в. Историческое прошлое юридической службы в предпринимательстве в России — во всем многообразии ее организационных форм и проявлений, методов и способов государственного воздействия на нее — еще ждет своих исследователей, и особенно это касается дореволюционного периода развития страны, этапа бурного развития ее экономики. На разных этапах истории государственного регулирования экономической деятельности в России менялись (и развивались) формы взаимодействия различных органов государства с субъектами предпринимательской деятельности и лицами, непосредственно в предпринимательских структурах осуществляющих юридическую работу — адвокатами, приказчиками, присяжными поверенными, юрисконсультами. В дореволюционной учебной юридической литературе отмечалось, что работа приказчиков носила юридический характер и состояла в совершении сделок. Например, Г.Ф. Шершеневич относил приказчиков к категории юридических сотрудников, поскольку основной обязанностью приказчика при вступлении в юридические сделки с третьими лицами было точное исполнение поручений своего хозяина, и приказчик должен был свои действия сообразовывать со «сложившимися в торговле порядками», в противном случае он обязан был возместить хозяину вред, а в отдельных случаях нести уголовную ответственность. Менялись и развивались организационные формы, в которых осуществлялась правовая работа в целом и деятельность юридических служб в частности, в самых различных предпринимательских структурах. С созданием в первой половине XIX в. в России коммерческих судов при осуществлении судопроизводства в них без названных профессионалов-юристов любые предпринимательские структуры уже не могли обойтись. В юридической литературе отмечается, что на протяжении всего времени с момента создания в соответствии с Указом Николая I от 14 мая 1835 г. «Об учреждении коммерческих судов» неоднократно проводились реорганизации коммерческих судов, был период, когда их вообще ликвидировали, однако функция защиты прав предприятий в тех или иных судебных и административных органах существовала всегда. А временами роль юрисконсультов в организации и правосудной деятельности коммерческих судов становилась весьма важной. Например, в ст. 1 Устава первого в Российской империи Коммерческого суда для Одессы предусматривалось, что этот суд состоит из председателя, четырех членов и одного юрисконсульта-докладчика, причем юрисконсульт-докладчик, наряду с председателем и двумя членами, определялся императором (а остальные два члена утверждались градоначальником из кандидатов, представляемых одесским купечеством). Как отмечает Р. Акчурин, в дореволюционной России юрисконсульты и юрисконсультские части существовали в ряде министерств и ведомств. Юрисконсульты назначались из числа лиц с высшим юридическим образованием и выполняли работу, схожую с сегодняшней, — давали заключения по правовым вопросам, возникающим в ходе деятельности министерства или учреждения, вели дела в судах в качестве поверенных казны. Небезынтересно, что уже тогда под юрисконсультом понимался «правовед, состоящий при каком месте, для совещанья». Но следует учитывать, что, как отмечается в литературе со ссылкой на Д.И. Мейера, при появлении юрисконсультов на предприятиях, в учреждениях и организациях в современном понимании этой юридической профессии продолжительное время их статус не был регламентирован каким-либо государственным нормативным правовым актом. Положение дел радикальным образом изменилось лишь после Октябрьской революции 1917 г. В целом же нет сомнений в том, что в бурном развитии экономики дореволюционной России есть определенная доля заслуг профессионалов, осуществляющих в различных формах юридическое обслуживание предпринимательских структур. К началу Октябрьской революции только акционерных компаний с уставным капиталом более 6 млрд руб. насчитывалось около 3 тыс. А о роли юрисконсультов в банковском секторе дореволюционной России может свидетельствовать тот факт, что их заключения публиковались сборниками. Развитие правового регулирования деятельности юридической службы в народном хозяйстве в первые годы советской власти в значительной мере изучено и описано Л.M. Шором и иными авторами. Этапными актами здесь следует назвать: Декрет СНК РСФСР от 27 июня 1918 г. «Об оплате труда служащих и рабочих советских учреждений», который предусматривал деление всех советских работников в зависимости от оплаты труда на четыре группы, каждая из которых, в свою очередь, разбивалась на категории. Юрисконсульты по этой шкале относились ко второй категории первой группы, т. е. рассматривались как «ответственные работники со специальным знанием»; Положение об отделах Наркомата юстиции 1920 г., в соответствии с которым право контроля над деятельностью консультационных подотделов всех наркоматов и их юрисконсультов принадлежало общеконсультационному отделу НКЮ, — так было до 1923 г., когда эти функции отдали, в связи с передачей общего надзора за законностью, прокуратуре. Однако на совещании наркомов юстиции и прокуроров союзных республик в декабре 1923 г. вновь был поднят этот вопрос, и совещание признало, что работа юрисконсультских частей государственных учреждений и предприятий является частью общей работы органов юстиции по юридическому оформлению хозяйственной деятельности и что необходима регистрация юрисконсультов в общих органах юстиции, наблюдение прокуратуры за их деятельностью и предоставление органам НКЮ права отвода юрисконсультов; Декрет СНК РСФСР от 11 мая 1920 г. «О регистрации лиц с высшим юридическим образованием», явившийся, по мнению М. Брагинского, причиной того, что лишь отдельные губисполкомы устанавливали аналогичную, как в центре, организацию юрисконсультской работы на местах, которую возглавляли отделы юстиции губисполкомов. Сегодня можно сказать, что причиной этого был классовый подход — редкий юрист, окончивший вуз в дореволюционной России, был выходцем из пролетариата; циркулярное письмо от 3 января 1925 г. № 3 Прокурора республики, в котором, признавая юрисконсультов должностными лицами с точки зрения их ответственности, подчиненными и подконтрольными руководителям учреждений и предприятий, органам прокурорского надзора в связи с этим предлагалось избегать непосредственного обращения к юрисконсультам помимо руководителей предприятий и учреждений. Можно представить, в какой форме осуществлялось ранее такое обращение, раз потребовалось на столь высоком уровне введение запрета на него; принятые по итогам Общесоюзного совещания юрисконсультов государственной промышленности (17—22 мая 1925 г.) Положение о юрисконсультах госпредприятий госпромышленности, подведомственных ВСНХ СССР (утв. приказом ВСНХ СССР от 26 июня 1925 г. № 955) и Положение о бюро юрисконсультов при Президиуме ВСНХ СССР (утв. приказом ВСНХ СССР от 1 августа 1925 г.), в которых, в частности, подчеркивалось, что юрисконсульты (юридические части) состоят при руководящем органе предприятия и не входят в порядке подчиненности в состав какого-либо отдела предприятия. Анализ Положения о юрисконсультах госпредприятий позволяет сделать вывод, что оно, хотя и не предусматривало, что юрисконсульт должен быть активным проводником революционной законности, и ограничивало его функции консультационной работой и ведением дел предприятия в судебных, административных и общественных учреждениях, тем не менее содержало ряд важных для юрисконсультов положений. В частности, им был очерчен круг вопросов, которыми должен заниматься юрисконсульт, была определена его ответственность как должностного лица за выполнение возложенных на него обязанностей (правда, в самой общей форме), предусмотрена обязанность администрации создавать юрисконсульту необходимые условия для его работы и т. д. В целом можно сказать: должность юрисконсульта после принятия этого Положения с 1925 г. приобрела более отчетливые — статусные — характеристики; решения второго Всесоюзного совещания юрисконсультов государственной промышленности (20—25 марта 1927 г.), на котором отмечалось, что юрисконсультам более чем кому бы то ни было требуется быть не только юристами, но и экономистами, и хозяйственниками; постановление СНК РСФСР от 30 марта 1927 г. «О юрисконсультах государственных учреждений и предприятий и кооперативных организаций и надзоре за их деятельностью», которым, в частности, было закреплено, что надзор за законностью в деятельности юрисконсультов государственных и кооперативных учреждений осуществляется органами прокуратуры в порядке общего надзора за законностью действий всех органов власти и хозяйственных органов. Предусматривался также созыв при органах прокуратуры на местах совещаний всех юрисконсультов данной административно-территориальной единицы, представителей краевого, областного, губернского суда и арбитражных комиссий, на которых должны были заслушиваться доклады юрисконсультов об их деятельности в целях разрешения встречающихся на практике вопросов и установления единообразия в применении законов, решаться иные вопросы, возникающие в юрисконсультской практике. После внесения изменений в Положение о бюро юрисконсультов это бюро было преобразовано в Бюро юрисконсультов госпромышленности при Президиуме ВСНХ СССР и одновременно стало секцией Бюро юрисконсультов Московской губернской прокуратуры. Важно отметить, что этим постановлением закреплялись и некоторые статусные характеристики юрисконсультов. Было указано: юрисконсульты государственных учреждений и предприятий (как состоящих на государственном или местном бюджете, так и переведенных на хозяйственный расчет), а равно акционерных обществ (паевых товариществ) с преимущественным либо исключительным участием государственного капитала, а также юрисконсульты кооперативных организаций назначаются, увольняются и перемещаются в пределах соответствующих уставов, положений и штатов тем должностным лицом или органом учреждения, предприятия или организации, которому они непосредственно подчинены и подотчетны (п. 1); на названные выше должности юрисконсультов могут назначаться лица, пользующиеся, на основании Конституции РСФСР, избирательными правами в советы, если они: а) либо получили специальное юридическое образование, б) либо имеют двухгодовой стаж ответственной политической работы в государственных учреждениях или в рабоче-крестьянских общественных, профессиональных, партийных или кооперативных организациях, в) либо трехгодовой стаж практической ответственной работы в органах советской юстиции (п. 2); занятие каких бы то ни было должностей в частных предприятиях указанными выше юрисконсультами не допускается; совмещение должностей юрисконсультов в двух государственных учреждениях и предприятиях и приравненных к ним организациях допускается лишь с разрешения руководящих органов последних, при этом занятие работой научной, литературной и лекторской не считается совместительством (п. 3); юрисконсульты не могут принимать на себя представительство интересов частных лиц и предприятий в делах против государственных и кооперативных учреждений и предприятий, однако это запрещение не распространялось на те дела, по которым юрисконсульты выступили в защиту интересов трудящегося (п. 4); утвержденная коллегией НКЮ РСФСР 9 апреля 1928 г. Резолюция третьего совещания работников прокуратуры, определившего следующие методы надзора со стороны прокуратуры за работой юрисконсультов: проведение контрольных совещаний при прокуратуре; информация судебных учреждений о работе юрисконсультов по ведению дел в судах; доклады о деятельности юрисконсультов на совещании и бюро; обследование юридических частей при помощи бюро юрисконсультов и под руководством прокуратуры; учет юрисконсультов и ознакомление с их деятельностью и др. Как отмечал Л.М. Шор со ссылкой на Д.Е. Розенберга, в ноябре 1929 г. на широком совещании в Совете съездов госпромышленности и торговли обсуждался доклад о централизации юридического обслуживания предприятий. Необходимость централизации юридического обслуживания предприятий через акционерное общество «Кредит-бюро» сторонники этой точки зрения аргументировали тем, что охрана правовых интересов каждой хозяйственной организации, осуществляемая отдельным юрисконсультом, якобы неизбежно ведет к односторонней защите интересов данного хозяйственного органа без всякого учета интересов его контрагента и общей хозяйственной конъюнктуры. По мнению сторонников централизации юридического обслуживания хозяйственных органов, это мероприятие привело бы к уменьшению коллизий и было бы способно объективно охранять интересы отдельного хозяйственного органа. Однако совещание отвергло эту идею, положив в обоснование следующие мотивы: централизованное правовое обслуживание будет фактически лишено возможности установить конкретные формы связи с обслуживаемым предприятиями и организациями, а отсутствие указанной связи обесценит значение юридической помощи, придав централизованному юридическому обслуживанию характер чисто формального представительства интересов хозяйственных органов в условиях полного отрыва от хозяйственного хода жизни предприятия или организации. Анализ документов того периода позволяет сделать следующие выводы. В правовом регулировании и оперативном руководстве деятельностью юридической службы в народном хозяйстве тогда наличествовал и даже доминировал классовый подход, выражавшийся в недоверии властей к юрисконсультам, в основном получивших профессиональное юридическое образование в дореволюционное время. Если не формально, то по факту юридическая служба в народном хозяйстве рассматривалась как обязанная обеспечивать соблюдение социалистической законности в обслуживаемых ею хозяйственных органах, в связи с чем органы прокуратуры реально рассматривали юрисконсультов в качестве своих помощников. Тесные связи юрисконсультов с органами прокуратуры, наличие организационных структур, позволяющих юрисконсультам тесно общаться друг с другом и обмениваться опытом — в самых различных областях своей жизнедеятельности, в том числе в вопросах взаимоотношений со своими работодателями, минимизировали возможность возникновения «конфликта интересов» во взаимоотношениях юрисконсульта с работодателем. Среди юрисконсультов существовало два взгляда на свои роль и задачи: были сторонники курса на оперативно-хозяйственную работу, взгляда, согласно которому юрисконсульты не только юристы, но и хозяйственники, «живущие жизнью предприятия», в котором работают; сторонники «чисто правовой работы», а также так называемой теории «поверенного», считавшие первых «плохими» юрисконсультами и призывавшие «начать решительную борьбу с превращением юрисконсультов в археологов, производящих раскопки в поисках материалов для обоснования иска». Победила, как известно, первая точка зрения. Впрочем, репрессии в 1930-х гг. и в годы Великой Отечественной войны серьезно ослабили роль и значение юридической службы в народном хозяйстве. В определенной мере ослаблению роли юрисконсультов на предприятиях, а равно роли органов прокуратуры в организационном руководстве юрисконсультами способствовал также процесс образования в указанный период отраслевых наркоматов, в которых создавались юридические подразделения, руководившие юрисконсультами на местах. Характерно, что в Большой советской энциклопедии роль юрисконсульта определялась лишь как содействующая «реализации промфинплана своего учреждения или предприятия путем правильного применения норм административно-хозяйственного права и всемерного укрепления договорной дисциплины». Определенную роль в деле ослабления значения юрисконсультов во второй половине 1930-х гг. сыграли и органы Госарбитража, фактически третировавшие юрисконсультов, что с очевидностью вытекает из резолюции актива Госарбитража при СНК СССР от 26 декабря 1939 г., в которой отмечалось: «В ряде Госарбитражей имеет место недопустимое отношение к юрисконсультам, составляющим один из отрядов советской интеллигенции. Юрисконсультов в ряде мест не допускают к участию в заседании Госарбитража, а в случае рассмотрения дела с их участием об этом даже не указывают в протоколе». Особенно серьезное ослабление роли и значение юридической службы в народном хозяйстве имело место в период Великой Отечественной войны. В послевоенный период юридическая служба в народном хозяйстве стала восстанавливаться, чему в немалой мере способствовало постановление Совета Министров СССР от 21 апреля 1949 г. № 1586 «О заключении хозяйственных договоров», в котором, в частности, было признано необходимым восстановить в хозяйственных органах, заключающих договоры, должности юрисконсультов или, в зависимости от объема работы, договорно-юридические отделы. Положительную роль для юрисконсультов, прежде всего в организационно-статутном смысле, сыграли принимаемые в 1950-1960-х гг. в ряде союзных республик Положения о юрисконсультах, в том числе Примерное положение о юридическом (договорно-юридическом) отделе, главном (старшем) юрисконсульте, юрисконсульте предприятия, учреждения, организации (утв. постановлением Совета Министров РСФСР от 29 марта 1963 г. № 386). Очевидно, что при отсутствии общесоюзного акта о юрисконсультах функции и задачи юрисконсультов (как минимум) в разных союзных республиках различались. Впрочем, эти различия в некоторой мере нивелировались Минюстом СССР с помощью, в частности, постановления коллегии от 19 августа 1971 г. «Об организации работы управлений и отделов правовой работы в народном хозяйстве министерств юстиции союзных республик». Самыми значительными и, пожалуй, знаковыми актами чуть позже стали постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 23 декабря 1970 г. «Об улучшении правовой работы в народном хозяйстве» и Общее положение о юридическом отделе (бюро), главном (старшем) юрисконсульте, юрисконсульте министерства, ведомства, исполнительного комитета Совета депутатов трудящихся, предприятия, организации, учреждения (утв. постановлением Совмина СССР от 22 июня 1972 г. № 467), которыми в числе основных задач юридической службы были определены: укрепление социалистической законности в работе предприятий, учреждений и организаций; активное содействие правовыми средствами улучшению их деятельности и обеспечению сохранности социалистической собственности. Развивали Общее положение 1972 г. соответствующие акты ведомственного уровня, например Инструкция о порядке юридического обслуживания колхозов, межколхозных предприятий и организаций (включая обслуживание их межхозяйственными группами) (утв. Министерством сельского хозяйства СССР 3 января 1973 г. на основании постановления Совета Министров СССР от 22 июня 1972 г. № 467). Общее положение 1972 г. сыграло важную роль в укреплении юридической службы в народном хозяйстве (в кадровом, организационном, материально-ресурсном, информационном и финансовом смыслах), повышении эффективности ее деятельности и методического руководства ею. Последнее осуществляли юридические комиссии при Совминах союзных республик, а с созданием министерств юстиции СССР и союзных республик в этих министерствах и их территориальных управлениях были созданы управления (иные структурные подразделения, отделы, к примеру) правовой работой в народном хозяйстве, которые данную функцию, включающую организацию регулярных совещаний юрисконсультов, обмен опытом их работы и ознакомление их с новым законодательством, взяли на себя, руководствуясь при этом письмом Минюста СССР от 19 февраля 1976 г. № К-18-103 «О Методических рекомендациях об организации работы юридической службы на предприятии и в производственном объединении (комбинате)». Это был развернутый документ, в практическом плане представляющий для юрисконсультов интерес и сегодня. В нем содержались рекомендации по планированию работы, по учету и хранению нормативных актов и документов правового характера (следует отметить, что соответствующие компьютерные базы данных в этом вопросе сегодня — хорошее техническое подспорье, не более); в сфере работы по обеспечению законности; по ведению договорной работы; по обеспечению правовыми средствами качества продукции; по обеспечению сохранности социалистической собственности; по обеспечению соблюдения законодательства о труде и укреплению трудовой дисциплины. В 1960—1980 гг. немалым числом и большими тиражами издавалась юридическая литература, посвященная юридической службе в народном хозяйстве как в целом, так и в разрезе отраслей народного хозяйства; издавалась учебная и справочная литература; защищались кандидатские диссертации, публиковались тематические сборники нормативных актов и т. д. Частично благодаря этому в середине и к концу 1980-х гг. организационные формы правовой работы в народном хозяйстве становились все более разнообразными, чему в немалой мере способствовало внедрение принципов хозрасчета в деятельность хозяйственных органов. Стремительно росло и число штатных юрисконсультов предприятий и иных хозяйственных организаций: в 1971 г. — 30 тыс., в 1977 г. — 50 тыс., в 1982 г. — 70 тыс., в 1985 г. — 80 тыс., в 1991 г. — 82 тыс. Более того, в 1990 г. в 3800 предприятиях имелась должность заместителя руководителя предприятия по юридическим вопросам. По данным Госкомстата СССР (того периода), как отмечается в литературе, по состоянию на 15 сентября 1990 г. численность работников юридических служб в народном хозяйстве (видимо, учитывались не только юрисконсульты. — Авт.) составила 115,8 тыс. человек, 57 % профессионально работающих в стране правоведов были юрисконсультами. При отсутствии штатных юрисконсультов в небольших предприятиях, организациях (а таковых было более 2/3) их юридическое обслуживание осуществлялось: силами юридических служб их вышестоящих органов (практически на безвозмездной основе); коллегиями адвокатов по договорам с ними; государственными центрами правовой помощи предприятиям, созданными в ряде областных центров, осуществляющими юридическое обслуживание предприятий и организаций на договорной основе в зависимости от объема и характера оказываемых услуг, которые зачастую были комплексными экономико-правовыми организациями (например, Центр, подведомственный Мосгорисполкому, был самостоятельной государственной организацией, обладающей статусом юридического лица, и действовал на основе полного хозрасчета); отраслевыми межхозяйственными юридическими группами, отделами (бюро), службами по обслуживанию мелких и средних предприятий, учреждений, организаций, производственных объединений, подведомственных определенному органу хозяйственного руководства, но создаваемых обычно при базовых предприятиях; в других формах. Опыт работы юридических служб различных организационных форм изучался и обобщался, а недостатки в правовом регулировании организации и деятельности юридических служб и в методическом руководстве ими анализировались на научно-практических конференциях (в частности, в декабре 1987 г. на научно-практической конференции «Правовая работа в условиях коренной перестройки управления экономикой», организованной ИГП АН СССР, Минюстом СССР и Госарбитражем СССР, по материалам которой был опубликован сборник научных статей). Предпринимались попытки изменить и нормативно-правовую основу юридической службы в народном хозяйстве — еще в конце 1980-х гг. был разработан, опубликован и широко обсуждался юридической общественностью (в первую очередь — на страницах журнала «Хозяйство и право») проект Общего положения о юридической службе в народном хозяйстве. Однако оно так и не было принято. К сожалению, Общее положение 1972 г. до сих пор остается «пиком» нормативно-правового обеспечения статуса юрисконсультов в России и в целом юридической службы в народном хозяйстве. После государственных преобразований 1991 г. и при переходе России к рыночной экономике роль, значение, функции, методы деятельности, формы руководства и иные аспекты организации правовой работы и деятельности правовой (юридической) службы в предпринимательской сфере существенным образом изменились. Мысль о том, какова должна стать юридическая служба, в определенной мере нашла закрепление в Концепции судебной реформы, одобренной постановлением Верховного Совета РСФСР от 24 октября 1991 г. № 1801-1. В частности, в Концепции говорилось: «Рано или поздно верхом искусства юрисконсульта и адвоката будет не выигрыш дела в суде, а способность урегулировать конфликт до него, договорившись непосредственно или воспользовавшись негосударственными механизмами юстиции». К сожалению, ни в каком ином документе концептуального характера нет упоминаний о том, каковой должна была стать юридическая служба в народном хозяйстве России — государства с рыночной экономикой. Приведенная же цитата целью развития юридической службы — в качестве самоцели — служить не может, это, скорее, сегмент цели развития института досудебного урегулирования споров в гражданском процессе. А ведь субъективно ощущаемая потребность любого собственника предпринимательской структуры в квалифицированном юридическом обеспечении всей разнообразной деятельности своей структуры несравнимо выше, чем была у руководителя социалистической хозяйственной организации. Сегодня можно сказать: количественный состав юридических служб, их структура, наименование подразделений, наделение их полномочиями (в пределах собственных правомочий), установление размеров и форм оплаты труда и иные факторы определяются непосредственно самими руководителями/собственниками этих предпринимательских структур, исходя из личных представлений о необходимости (целесообразности) этих решений. В настоящее время система правового регулирования организации и деятельности юридической службы в предпринимательстве представляет собой следующее. Во-первых, конституционной основой — и для организации, и для полномасштабного функционирования института юридической службы в предпринимательстве (т. е. если взглянуть на его правовой фундамент с самой большой высоты) — служат соответствующие положения действующей Конституции РФ. Во-вторых, имеются отдельные международные документы, в некоторой мере относящиеся «к общей теме», например, принятые в сентябре 1990 г. в г. Нью-Йорке на конференции Международной ассоциации юристов Стандарты независимости юридической профессии Международной ассоциации юристов. В-третьих, более низкого, после конституционного, а именно законодательного, уровня правовой основы у института юридической службы в предпринимательстве у нас сегодня нет — ни в форме федеральных конституционных законов, ни в форме федеральных законов, ни в форме законов субъектов РФ. Правда, отдельные сегменты этого института попадают в сферу действия федеральных законов — с точки зрения организации и функционирования самого института, например Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», но не более того. А в качестве общефедерального нормативно-правового регулятора — уже на подзаконном уровне — продолжает действовать, в совсем небольшой мере, Общее положение 1972 г. В-четвертых, с начала 2000-х гг. было принято немало нормативных правовых актов, регулирующих вопросы организации и деятельности юридической службы, но не в предпринимательстве, а в органах государственной власти и управления. В настоящее время должностные обязанности юрисконсульта/ начальника юридического отдела предприятия определяются на основе Квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и других служащих (утв. постановлением Минтруда России от 21 августа 1998 г. № 37). Этот ведомственный акт устанавливает требования к их квалификации (для занятия должности юрисконсульта необходимо высшее профессиональное (юридическое) образование без обозначения требований к стажу работы или среднее профессиональное (юридическое) образование и стаж работы в должностях, замещаемых специалистами со средним профессиональным образованием, не менее пяти лет; для начальника юридического отдела — высшее профессиональное (юридическое) образование и стаж работы по специальности не менее пяти лет), а также предусматривает, что юрисконсульт и начальник юротдела предприятия (по отдельности) «должен знать», причем указываются, и немалым числом, отрасли законодательства — целиком, но никак не определяется, кто и как будет устанавливать, знает ли претендент на должность в юридической службе предприятия требуемое в этом акте. В последнее время, с укреплением экономики и появлением крупных, «сборных» предпринимательских структур, многопрофильных, территориально «разобщенных», состоящих из нескольких самостоятельных структур (типа холдинговых компаний, корпораций, вертикально интегрированных компаний и т. п.), возникли проблемы с консолидацией юридического обслуживания этих структур. На практике они решаются по-разному. Помимо штатных юридических служб предпринимательских структур либо наряду с ними в отдельных случаях юридическое обслуживание предпринимательских структур осуществляется в настоящее время и в иных формах: различные адвокатские образования, создаваемые на основе договоров с предпринимательскими структурами, что, по мнению ряда исследователей, подразумевает наличие гарантированных механизмов контроля за качеством оказываемых юридических услуг; юридические фирмы (ООО, АО, индивидуальные предприниматели без образования юридического лица, и проч.). Разнообразие юридических фирм, осуществляющих в различных формах юридическое обслуживание предпринимательских структур в нынешней России, велико: это и узкоспециализированные небольшие фирмы, что-то вроде «юридических бутиков», а также небольшие, но «всеядные» фирмы; это и крупные многопрофильные фирмы; это и огромные иностранные и транснациональные фирмы — как отмечается в литературе, нынешний рынок юридических услуг отмечен большой дифференциацией предложений; нештатные (свободные и проч.) юристы, осуществляющие — разово, сезонно, временно или постоянно — юридическое обслуживание предпринимательских структур на основе договоров подряда (обслуживания, оказания услуг и проч.), причем — во всем многообразии функций штатной юридической службы либо в определенном — узком — их сегменте; эти услуги могут оказываться и через Интернет. Кроме того, нередко кадровые агентства предоставляют на основе соответствующих договоров юриста предпринимательской структуре во «временное пользование» (обслуживание на основе аутсорсинга). Внимание! Авторские права на книгу "Предпринимательское право в XXI веке: истоки и перспективы. Монография" ( Под ред. Занковского С.С., Михайлова Н.И. ) охраняются законодательством! |
||||||||||||||||||||||
