Российская государственность в XXI веке: основные проблемы. Монография

Сергеев А.Л.

Возрастное ограничение: 0+ Жанр: Юридическая Издательство: Проспект Дата размещения: 19.04.2016 ISBN: 9785392213238 Язык: Объем текста: 235 стр. Формат: epub

Оглавление

Введение

Глава 1. Российская государственность: совокупность общетеоретических основ

Глава 2. Российская государственность и мировые вызовы современности

Глава 3. Российская государственность и рубежи постсоветского пространства

Глава 4. Российская государственность и социокультурные матрицы будущего

Заключение

Для бесплатного чтения доступна только часть главы! Для чтения полной версии необходимо приобрести книгу

Глава 4.
Российская государственность и социокультурные матрицы будущего

4.1. Российская государственность: специфика институциональных матриц

Понятие «институциональной матрицы» введено в российское обществоведение отечественным ученым С. Г. Кара-Мурзой. В самом обобщенном виде оно представляет совокупность социотехнических и социокультурных кодов, лежащих в основе взаимодействия общества с определенной природной средой либо отраслью хозяйствования. Институциональные матрицы делают возможным как каждодневное воспроизводство социума, так и его последующее историческое развитие, влияя, как следствие, весьма существенным образом на феномен государственности и закладывая фундамент ее функционирования. Именно они создают, по выражению антрополога Ф. Броделя, «структуры повседневности», помогающие определенной совокупности людей устойчиво и уверенно воспроизводить жизнедеятельность в бурных водах меняющегося времени.

Институциональные матрицы России имеют огромную специфику по отношению к своим иноцивилизационным аналогам. Знание о них должно служить важнейшей предпосылкой конструирования стратегических и тактических основ будущего нашей страны.

В рамках настоящей работы рассмотрим основополагающие константы, определившие многовековую специфику российской цивилизации, а также многие ее социотехнические и социокультурные матрицы.

1. Климатогеографический фактор. Наличие сурового климата на российском территориальном пространстве вкупе с большими сухопутными расстояниями между отечественными населенными пунктами при отсутствии дешевой инфраструктуры водных путей породил в России колоссальную специфику в сфере ее социотехнического быта, примером чего явились отечественные системы отопления и теплоснабжения. Большой особенностью у нас также отличалась железнодорожная сеть. Если на Западе железным дорогам была свойственна параллельность многочисленно идущих путей при их постепенном расхождении к конечным пунктам, то в России железнодорожная схема напоминала скелет рыбы, когда от длины главных «костообразующих» ветвей можно было наблюдать многочисленные ответвления, цель которых — провести кусочки общегосударственного полотна в самые отдаленные уголки страны.

Стягивание «больших и малых» разнообразных социокультурных полей внутри единого государственного образования способствовало формированию сильной и патриархально-ориентированной власти в совокупности с параллельным складыванием «семейно-государственного уклада». Государственная власть, как в ее имперском, так и в советском выражении, стремилась обеспечить каждому отдаленному уголку все жизненно необходимое. Это выражалось, в частности, как в имевшей место дешевизне коммунально-транспортных услуг и товаров первой необходимости, так и в особой качественности и надежности соответствующих жизнеобеспечивающих систем. Сравним, к примеру, технику подачи воды в советско-российских и западных городских квартирах. Советский житель мог спокойно и не задумываясь пить из-под крана холодную воду. Многие в России спокойно это делают и сейчас, несмотря на гораздо худшее состояние системы санитарного контроля. В ряде же европейских столиц пить воду из-под крана запрещено вследствие наличия в системе коммуникаций свинцовых труб. За питьевую воду, упакованную в пластиковые тары, необходимо отдельно платить соответствующей розничной сети.

2. Социокультурный фактор. Многовековое совместное проживание огромного количества наций и этносов, изначально имевшее поликонфессиональный характер, привело, с одной стороны, к повышенной веро- и этнотерпимости россиян, а с другой — к их сильной региональной дифференциации. Подобная ситуация диктовала государственно-властной вертикали необходимость выработки четкого, понятного всем регионам страны идейно-смыслового стержня, который составляли как сами идеально-стратегические начала, так и символы, посредством которых они непосредственно транслировались. В дореволюционное время основой соответствующей конструкции было православие, в советское время — коммунистическое учение. Как уже неоднократно подчеркивалось выше, сегодняшний идейно-смысловой вакуум — одна из опаснейших угроз, закладывающих под российскую государственность множество мин замедленного действия, опасностей, к которым ее организм в силу описанной выше специфики является особенно чувствительным.

3. Политико-идеологический фактор. В отличие от ряда стран Запада, изначально строивших основы общественной и государственной жизни по тщательно продуманному чертежу, реализуя модернистский проект европейской нации, российская жизнь, стремительно расширяя свой территориальный ареал, складывалась сугубо органично, включая разные по ментально-культурной идентичности регионы. Россия осуществляла всестороннее многовековое развитие, но, по выражению С. Е. Кургиняна, осуществляла его не модернистским, а сугубо собственным путем, что попутно приводило, как уже было сказано выше, к сильной централизации власти и большой потребности в наличии единого духовного пространства. Этот фактор создает сегодня необходимость не только в выработке общей идейно-смысловой базы, но и в организации мощных аналитических центров, способных всесторонне и междисциплинарно изучать как жизнедеятельность каждого региона и его роль в общероссийском пространстве, так и специфику различных областей духовной жизнедеятельности России в целом, предпосылки их формирования, качественного отличия от своих иностранных аналогов, создавая параллельно эффективные модели их будущего развития с учетом реальных потребностей сегодняшнего российского социума.

В контексте данной книги социокультурные матрицы многовековой российской государственности в качестве важнейшей разновидности ее институциональных матриц представляют для нас особый интерес, ибо неотъемлемым залогом успешного функционирования российского социума в XXI веке прежде всего будет являться высокий уровень трех основ гуманитарной составляющей его общественной жизнедеятельности — семейной, образовательной и правовой политики. Перечисленные выше области самым прямым и непосредственным образом определяют качество государственности и образовавшего ее общества, направление ее деятельности и всестороннего движения, а также всю ее средне- и долгосрочную жизненную перспективу. Не побоимся сказать, что состояние дел в названных аспектах социального действия является первичным, и от них сильнейшим образом зависит развитие всех иных областей жизнедеятельности человека. Благодаря вышеуказанным причинам мы посвящаем этим сферам отдельную главу.

4.2. Реформа российского образования: проблемы и перспективы

Образование — одна из важнейших сфер общественной жизни. От его конкретного наполнения различными социальными институтами, учебными дисциплинами, системами методик подачи и усвоения информации, структурой построения образовательных учреждений сильнейшим образом зависит будущее народа и само направление его духовного и интеллектуального развития. Именно поэтому во всех развитых странах образование является одной из главных государственных функций, на реализацию которой ежегодно тратятся огромные материальные и человеческие ресурсы.

Системе образования всегда присуща определенная матрица — совокупность принципов, институциональных образований и энергоинформационных кодов, определяющих его повседневное развитие и функционирование. Необходимое ее обновление, осуществляемое в гармонии со всеми остальными ее элементами, способно принести образованию неоценимую пользу, в то же время ее повреждение или необдуманная искусственная ломка могут создать для него катастрофические и необратимые последствия.

В декабре 2012 года был принят Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации». Пока шло обсуждение в рамках настоящей законодательной инициативы, имелась надежда, что далее государственной властью будут приниматься шаги по выводу современного российского образования из тяжелейшей ситуации, сложившейся за последние 20 лет. Однако его окончательная редакция показала, что негатив, накопленный образовательной системой за предыдущий период, не только не изымается, но и дополняется иными, крайне опасными новациями.

Для начала следует обратиться к истокам обсуждаемой проблемы. В конце 80-х — начале 90-х годов по стране прокатился шквал публикаций, в которых говорилось о «неэффективности» советской системы образования, где человека якобы учат «слишком многому» и делают его «неоправданно универсальным». Указанный информационный фон оказался весьма благоприятным для дальнейших разрушительных действий, осуществляемых российской властью в образовательной сфере.

Прежде чем анализировать современное состояние системы российского образования и его правовое регулирование, коснемся слегка вопроса эффективности советской модели. Миф о некачественности советской образовательной матрицы успешно развеивается в статьях крупнейшего современного российского обществоведа С. Г. Кара-Мурзы. В них, в частности, показывается, что советская школа, включая все образовательные ступени, была устроена по университетскому принципу, главный смысл которого — научить человека мыслить глобально, уметь решать разнообразные сложные задачи и ориентироваться в самых различных жизненных ситуациях. Именно внедрение данного образовательного подхода в отечественную жизнедеятельность в 20–30-е годы позволило качественно шагнуть вперед во всех отраслях народного хозяйства и сделать гигантский скачок в общественном развитии.

Западной системе образования изначально (начиная с эпохи буржуазных революций и последующей модернизации) была присуща система «двух коридоров», в которой университетское образование получает лишь небольшой процент населения, имеющий в будущем возможность сложить государственно-управленческую элиту. Остальному же населению достается образование мозаичного типа, в рамках которого человек способен в будущем выполнять лишь определенный набор узко очерченных функций, а обо всех остальных отраслях знания иметь поверхностное и несистемное представление.

Целью многих западных и российских элитных кругов стало внедрение в России так называемой Болонской системы, позволяющей сломать существовавшее ранее университетское образование. Более того, в российских условиях начала внедряться матрица «второго коридора» для всех без исключения вузов, что в перспективе грозит стране остаться даже без той необходимой элитно-образовательной прослойки, которая будет способна принимать общественно-важные стратегические решения.

Ломка отечественной системы образования, производимая в постперестроечные годы, может быть разделена на 2 этапа. Первый из них производился в 90-е годы, когда стало иметь место хроническое недофинансирование образовательной системы и наноситься множество ударов по морально-нравственным основам российского общества, подрывающих уважение к учительскому и преподавательскому составу. Результатом этого стал уход из средней и высшей школы большинства высококвалифицированных сотрудников. Эта утрата невосполнима до сих пор, ибо среди молодежи данная совокупность профессий не являлась и до сих пор не является популярной.

Второй этап можно отнести к 2000-м годам, когда ломке стала подвергаться собственно матрица отечественного образовательного процесса. К этому периоду следует отнести повсеместное введение Единого государственного экзамена (ЕГЭ), внедрение двухступенчатой системы образования «Бакалавриат — Магистратура», создание балльно-рейтиноговой системы как универсального критерия оценки знаний студентов и многие другие дополнительные новации.

Недофинансирование образования в 90-е и ломка его матрицы в 2000-е годы привели к катастрофическим результатам. Год от года стал падать как уровень выпускаемых специалистов, так и качество самого образования. Как метко заметил Заслуженный учитель России С. Е. Рукшин: «Россия близится к точке невозврата, и через какое-то время ей будет невозможно восстановить позиции в образовательной сфере, которые она имела два десятилетия назад».

Подведем краткое резюме вышесказанному и определим главные негативные последствия реформы образования.

1. Падение социального статуса учителя и преподавателя. Это отразилось как в степени уважения представителей современного российского социума к подобного рода труду, его престижу, так и в уровне оплаты труда и социальных гарантий современных учителей и преподавателей. Если в советское время преподавательский состав входил в высшие общественные страты, то на сегодняшний день выполнение даже малоквалифицированной работы способно принести куда большие деньги и более высокое общественное положение.

2. Бюрократизация системы образования. Несмотря на катастрофическое падение качества образования, количество чиновников в ведомствах, управляющих данной сферой, год от года лишь увеличивается. Бюрократизация, однако, наблюдается не только в росте чиновничьего аппарата, но и в качестве его работы. Логика здравого смысла говорит о том, что если у государства нет возможности на достойном уровне материально поддерживать молодых ученых и педагогов, то единственным способом сохранения научного сообщества может стать создание дополнительных социальных лифтов и упрощение пути для талантливой молодежи к получению ею научных степеней, должностей и званий. Вместо этого мы видим все новые и новые препятствия, возникающие на пути защит докторских и кандидатских диссертаций, получения званий доцентов и профессоров и многие другие негативные явления.

3. Ликвидация централизованной системы образовательных критериев и эталонов. Советской системе образования, на всем историческом периоде ее существования, была известна работа методических советов, тщательно прорабатывающих разделение учебного процесса на специальности, отдельные учебные дисциплины, их почасовое содержательное наполнение и т. д. На сегодняшний день нарезка учебных часов и содержание преподаваемых предметов в каждом отдельном вузе производится хаотично, в основном исходя из интересов тех или иных подразделений либо конкретных людей, занимающих определенные позиции. Интересы же будущих специалистов и их потребность в тех или иных знаниях учитывается, как правило, в самую последнюю очередь, если учитывается вообще. То же самое наблюдается и на уровне, принимающем решение о создании либо ликвидации тех или иных вузов. Особый резонанс имела осенняя кампания 2012 года, инициируемая нашими государственно-властными образовательными ведомствами, относительно признания части отечественных вузов «неэффективными». Критерии эффективности для существования того или иного института высшей школы мало того что не имели никакой централизованной кодификации, так еще и формулировались отдельными чиновниками так, что они никогда не смогли бы быть адекватно применены к учреждению образовательной сферы.

4. Введение Единого государственного экзамена (ЕГЭ) как средства приема в вузы. Формулировка заданий в тестовом и табличном формате, во-первых, с трудом доступна большинству детей с гуманитарным стилем мышления, а во-вторых, по-настоящему способна проверить лишь память абитуриента либо его натасканность на тот или иной формат задания. Творческий талант, логическое мышление, способность проникать в суть и сущность явлений — все эти качества ЕГЭ проверить не способен, а на практике эти качества еще и бывают вредными, так как мешают абитуриенту выполнить задание, имеющее четкий и конкретный шаблон. Нетрудно предположить, какие это имеет последствия для формирования современного поколения студентов.

5. Внедрение системы «Бакалавриат — Магистратура». Существовавшая в советское время система специалитета как матрицы получения высшего образования включала в себя, как правило, 5 лет обучения по очной форме и 6 лет обучения по очно-заочной форме. Внедряемая на сегодняшний день в соответствии с Болонской конвенцией система бакалавриата предписывает переход к четырехлетней системе обучения. В результате имеющиеся в образовательной программе базовые учебные курсы урезаются до минимума и часто ставятся к преподаванию на младших курсах института, что весьма существенно отражается на их усвоении студентами вузов. Дисциплины же, имеющие специальный и узкопрофильный характер, либо подаются вперемежку с базовыми учебными предметами, либо имеют фрагментарно-мозаичный характер. Такая образовательная матрица естественным образом формирует специалистов-недоучек, не способных ни глобально мыслить, ни выполнять разнообразные практические задания. Не лучше сложилась ситуация и во второй ступени современного высшего образования — магистратуре. Как правило, специализации, по которым впоследствии должны идти магистранты, в спешном порядке придумываются в рамках профильных кафедр, после чего под них «подбивается» некая система спецкурсов, читаемых иными кафедрами (и формулируемых ими же). Как результат — создание в голове у магистранта некоего хаотичного разнобоя «на заданную тему». Если же учесть, что многие магистранты не имеют базового профильного образования, описываемая нами картина приобретает еще большую яркость.

6. Введение балльно-рейтинговой системы оценки успеваемости студентов. Эта мера, хотя и не прописана в существующем российском законодательстве, весьма активно внедряется образовательными ведомствами в учебный процесс. В отсутствие единой централизованной системы оценки знаний и успеваемости студентов (а подобную систему едва ли возможно выработать) каждое учебное заведение вопрос о выставлении баллов решает по своему собственному усмотрению. На практике семинарское занятие, на котором по определению должны иметь место дискуссии и творческие обсуждения пройденного материала, стремительно превращается в «гонки за баллы», когда отдельно взятый студент, боясь быть недопущенным к сессии, старается обязательно успеть сказать два слова, чтобы, не дай Бог, не уйти без заработанной цифры. Таким образом, проведение семинаров приобретает формалистский характер, в которых творческий компонент заведомо убивается.

Описываемый нами Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации», никак не направленный на исправление сложившегося порядка вещей, а наоборот, закрепляющий его ключевые параметры, добавляет к ним следующие негативные новации.

1. Ликвидация профильного школьного образования и замена его специализацией по классам в рамках обычных школ. Еще с советского времени выпускники специализированных школ (физических, математических и т. д.) часто становились призерами международных олимпиад, а впоследствии и знаменитыми учеными, оставившими свой вклад в развитие отечественной науки. Профильный класс в обычной школе заведомо не способен дать ученику и десятой доли знаний, навыков и умений, получаемых учеником начиная с самой первой ступени специализированной школы, где все проникнуто определенным духом и тонкой образовательной структурой.

2. Ликвидация системы дошкольного образования. По новому закону оно получило крайне слабые гарантии своего существования, в то время как регулирующие этот спектр образования подзаконные акты в любой момент могут быть просто отменены. Таким образом, дети лишаются еще одного социального института, созданного ранее для их развития с помощью коллективного гигантского труда.

3. Ликвидация системы докторантского образования. Новый закон ничего не говорит о данной ступени послевузовского образования, и, по мысли творцов образовательной реформы, со временем и кандидаты, и доктора наук должны быть приравнены по статусу и переведены к индексу «PhD», применяемому в научном сообществе западных стран. Насколько сильно указанная мера способна ударить по мотивации труда нынешних научно-педагогических работников, и так не избалованных вниманием к себе общества и государства, остается только догадываться.

Изложенное наглядно показывает, что последовательное применение современного законодательства об образовании не только не будет способствовать выводу указанной сферы из переживаемого ею тяжелейшего кризиса, но и, напротив, способно сделать указанные тенденции необратимыми. Исходя из этого, общество в целом и современное научно-педагогическое сообщество как его часть, находящееся на переднем краю обороны, должно занять крайне активную позицию с целью изменения принятого недавно закона, равно как и правительственной политики в образовательной сфере в целом.

В этой связи чрезвычайно интересны альтернативные разработки нормативного содержания, которые в случае их применения способны позитивно повлиять на образовательную сферу. В этой связи следует рассмотреть законопроект «О народном образовании», предложенный к принятию в Государственной Думе фракцией КПРФ осенью 2012 года. Не перечеркивая полностью решений в образовательной сфере, принятых за последние 20 лет, он, тем не менее, оказался во многом созвучен современным реалиям. Перечислим очевидные плюсы и преимущества указанного документа по сравнению с действующим законодательством:

1) в проекте закрепляется существование системы как дошкольного, так и докторантского образования, равно как и гарантий их функционирования;

2) как за студентами, так и за преподавателями закрепляется широкий набор социальных гарантий и иных мер социальной защиты;

3) в законопроекте большое внимание уделяется условиям труда профессорско-преподавательского состава. Так, в соответствии с ним, уровень аудиторной нагрузки не может превышать 18 часов в неделю при реализации общеобразовательных программ и 720 часов в год при реализации профессиональных образовательных программ;

4) отдельный плюс законопроекта — положение об оплате труда преподавателей. Согласно законопроекту, заработная плата учителей должна превышать среднюю заработную плату работников промышленных отраслей соответствующего субъекта РФ, а заработная плата профессорско-преподавательского состава вузов — не просто превышать, а не менее чем в 2 раза. За обладание ученой степенью кандидата наук законопроектом устанавливается надбавка в размере 8000 рублей, доктора наук — 15 000 тысяч рублей;

5) в законопроекте предусмотрено сосуществование двух образовательных систем — как одноступенчатой — специалитета, так и двухступенчатой — бакалавриата — магистратуры. Абитуриент сам наделяется правом решать, какое образование получать и каким путем ему идти дальше;

6) законопроект исключил возможность проведения Единого государственного экзамена по ряду гуманитарных предметов. К примеру, по литературе абитуриенту предлагается на выбор либо писать сочинение, либо отвечать устно, а дисциплины «история» и «обществознание» должны будут приниматься исключительно в устной форме.

Как видно из вышеприведенного, принятие настоящего законопроекта и его дальнейшая реализация смогли бы решить многие задачи и дать толчок для выхода из кризиса современной отечественной образовательной системе. Признавая, однако, исключительную полезность законопроекта для нынешнего момента, следует обозначить необходимость в дальнейшем полной смены образовательной матрицы сегодняшнего дня. Для полноценного развития России, ее возрождения в качестве великой державы и одного из мировых лидеров, в перспективе требуется полностью прекратить копирование западных образцов и бескомпромиссно отказаться от Болонской системы. России нужно полноценное образование советского типа, снабженное по последнему слову научно-технического прогресса, с возвращением в высшие страты общества учителей и преподавателей и закладыванием университетской основы во все уровни и ступени отечественной образовательной машины.

Юридическая Сергеев А.Л. Российская государственность в XXI веке: основные проблемы. Монография

Юридическая Сергеев А.Л. Российская государственность в XXI веке: основные проблемы. Монография

Настоящая книга посвящена анализу теоретических основ российской государственности и различных аспектов ее функционирования. В работе освещаются сегодняшние наиболее острые социальные, экономические, идейно-смысловые проблемы жизнедеятельности российского государственно-организованного общества и одновременно предлагаются сценарии их дальнейшего разрешения.<br /> Особое внимание уделяется постсоветскому пространству как зоне жизненно важных интересов России, а также фундаментальным аспектам российской общественной жизнедеятельности – вопросам образования, семейной политики, конституционного права и правоохранительной системы.<br /> Для широкого круга читателей.

Внимание! Авторские права на книгу "Российская государственность в XXI веке: основные проблемы. Монография" (Сергеев А.Л.) охраняются законодательством!