Российская государственность в XXI веке: основные проблемы. Монография

Сергеев А.Л.

Возрастное ограничение: 0+ Жанр: Юридическая Издательство: Проспект Дата размещения: 19.04.2016 ISBN: 9785392213238 Язык: Объем текста: 235 стр. Формат: epub

Оглавление

Введение

Глава 1. Российская государственность: совокупность общетеоретических основ

Глава 2. Российская государственность и мировые вызовы современности

Глава 3. Российская государственность и рубежи постсоветского пространства

Глава 4. Российская государственность и социокультурные матрицы будущего

Заключение

Для бесплатного чтения доступна только часть главы! Для чтения полной версии необходимо приобрести книгу

Глава 3.
Российская государственность и рубежи постсоветского пространства

3.1. Украина: формат необходимого действия

В предыдущих главах книги нами неоднократно подчеркивалось, что реинтеграция постсоветского пространства — важнейшая задача России, реализация которой способна в средне- и долгосрочной перспективе определить вопрос ее выживания и дальнейшей исторической жизнедеятельности как цивилизации и страны. В то же самое время необходимо понимать, что реалии сегодняшнего дня, сложившиеся в современных постсоветских государственных образованиях, весьма далеки от реалий СССР и даже 90-х годов. Качественно и продуктивно работать на указанных территориях возможно лишь при соблюдении следующих правил: хорошее знание текущего социального рельефа и наличие четкого и понятного целеполагания. В настоящей главе мы делаем попытку осветить вышеуказанный комплекс вопросов, попутно предлагая к реализации совокупность соответствующих сценариев деятельности.

Начать вышеуказанный обзор целесообразно с текущих реалий украинского государства, ибо майданный переворот, произошедший в Киеве 22–23 февраля 2014 года, во многом разделил историю постсоветского пространства на «до» и «после».

Сегодняшняя ситуация на Украине, возникшая в результате майданного госпереворота, не просто тяжелая. Страна в буквальном смысле слова находится на грани экономического обвала и гуманитарной катастрофы, сопровождающихся последовательным становлением откровенно нацистской диктатуры.

Последствия подобного развития событий опасны не только для населения данной страны. Весь европейский континент так или иначе задевается, а в перспективе станет задет еще больше развивающимися здесь макросоциальными процессами. Однако для существования России как целостного государственного и социумного образования угрозы представляются наиболее весомыми. Назовем лишь некоторые из них:

— сегодняшнее руководство Украины на всех парах стремится к вхождению в НАТО. Мешают ему в этом лишь неурегулированность конфликта на Донбассе и существование приднестровского анклава между Украиной и Молдовой, находящегося по факту под военной опекой России. В случае же гипотетической реализации киевского сценария границы НАТО будут проходить под Брянском. При размещении в указанных местах западных ракетных частей ущерб системе российской национальной безопасности окажется огромным и едва ли оценимым по-настоящему;

— только по официальным данным на сегодняшний день с территории Украины в Россию переселилось более 600 тысяч беженцев. Сценарий дальнейшей радикализации правящего украинского истеблишмента с повестки дня никто не снимал, а, следовательно, количество их увеличения на нашей территории в разы является вполне реалистичным, что, в свою очередь, не может не вызвать в ряде регионов России режим гуманитарной катастрофы, а это, в совмещении с сегодняшним экономическим кризисом, способно сделать ситуацию в России воистину взрывоопасной;

— даже малое знакомство с реалиями Майдана говорит о его вполне рукотворном характере. Более того, те, чьими руками Майдан был сооружен, мыслит Российскую Федерацию в качестве дальнейшей, последней и окончательной жертвы. Иными словами, в случае полного, устойчивого и окончательного торжества майданных властей киевский сценарий через определенный промежуток времени будет реализовываться уже в Москве. Устремления украинских нацистов и их западных покровителей с большим удовольствием поддержат либерально-антигосударственные агенты в самой России, равно как и существующее в ней ваххабитско-салафитское подполье, а также иные силы, для которых существование целостного российского государства является неприемлемым.

Ситуация в политических границах украинского государства отличается серьезной противоречивостью. Как уже было сказано выше, экономическое и финансовое состояние Украины близко к коллапсу. Ее банкротство является лишь вопросом времени, что на сегодняшний день понятно практически всем. Действия киевских властей, направленные на реструктуризацию финансовой зависимости страны наряду с одновременным стремительным накачиванием ее военного бюджета, является попыткой максимально оттянуть час икс с перекладыванием в будущем ответственности за экономические провалы на новую властно-политическую команду.

Для социальных настроений на Украине характерен фактор общественной депрессии. Соцопросы показывают, что «майданные ожидания» в стране не оправдались, и все больше людей спрашивает себя об осмысленности жертв, принесенных ими и обществом в целом за последние два года.

Повседневная украинская политическая жизнь характеризуется ожесточенной борьбой украинских элитно-клановых групп с различными мировыми «тылами». В то же самое время их общий антироссийский консенсус держит всех в одной лодке и не дает сформировавшейся на сегодня системе окончательно распасться.

Украину, без всякого сомнения, можно назвать «страной регионов», имея в виду ее огромное ментально-культурное разнообразие. Характерно оно и для существующих на сегодняшний день общественных настроений. Высокий военно-националистический потенциал, бывший поначалу актуализированным на Западной Украине, на сегодня весьма заметно снижен, в то время как многие на Центральной Украине, значительно менее радикализированной поначалу, под воздействием ожесточенной пропаганды в СМИ готовы воевать «до победного конца».

Пророссийско-евразийский электорат Юго-Востока вынужден на сегодняшний день приспосабливаться к новым условиям «бандеровской» жизнедеятельности. Более того, неумелая и непоследовательная политика российской государственно-властной вертикали на указанном направлении привела к тому, что ее поддержка среди указанных групп населения стала неуклонно снижаться.

Сегодня мы наблюдаем на Украине интересный социальный процесс. В России многие ждали, что падение престижа украинской власти станет автоматически работать на имиджевый рост России. Увы, реальность убеждает в обратном: несмотря на стойкое падение рейтинга сегодняшнего украинского политикума среди широких масс населения, действия российского руководства у большинства продолжают вызывать стойкое отторжение. Необходимо четко осознавать, что само по себе ухудшение социально-экономического положения на Украине автоматически пророссийских симпатий вызывать не будет, а для победы на этом направлении нужна четкая, аккуратная и качественная повседневная работа экспертно-журналистского сообщества, сегментов гражданского общества и системы государственно-властных инстанций в целостности и взаимосвязи друг с другом.

Реальный вопрос, волнующий многих на сегодняшний день, состоит в определении возможных сценариев будущего развития Украины в средне- и долгосрочной перспективе. Учитывая, что банкротство ее финансово-хозяйственной системы — лишь вопрос времени, постараемся обрисовать наиболее вероятные варианты будущего развития событий.

1. Еще большая фашизация социальной жизни с дальнейшей «сомализацией» и распадом страны («Порошенко заменит Ярош» и т. д.). Подобная ситуация не только обострит войну на Донбассе, но создаст невыносимые условия жизни во многих других ее регионах. Масштабные последствия этого ощутит на себе не только Россия, но и Европа. В то же время определенные американские элитные группы в подобной ситуации могут оказаться вполне заинтересованы.

2. Запад будет по возможности продлевать агонию Украины, выделяя властям крупные валютные займы, стремясь параллельно усилить процессы, ведущие к Майдану в Москве. Реализация подобного сценария до конца в перспективе окажется еще более трагичной, ибо процессу стремительного самораспада в конечном итоге будет подвержена не только Украина, но и Россия.

3. Реализация Россией принципиально новой и подлинно собственной стратегии на украинском направлении. Оттягивая коллапс в соседней стране, поскольку, возможно, России необходимо за это время суметь наладить многопрофильный и многоплановый диалог со следующими украинскими социальными группами:

а) общественными кругами и сегментами гражданского общества, ориентирующимися на евразийские настроения;

б) договороспособными представителями сегодняшней актуальной украинской элиты. Императивом подобного диалога должен стать принцип «финансово-экономические преференции в обмен на политико-идеологическую трансформацию».

Конечной целью вышеуказанного процесса должно быть достижение двух возможных альтернативных результатов:

— в лучшем случае — формирование целостного и комплексного социального макрополитического субъекта, способного перехватить инициативу у следующих майданных волн;

— в худшем случае — формирование полноценного и максимально респектабельного украинского «правительства в изгнании», способного выступать в качестве весомого самостоятельного политического субъекта.

Реализация упомянутого выше украинского социально-политического сценария потребует от Москвы всестороннего плана финансово-производственной помощи Украине, а также выработки иных мер антикризисной политики, направленной на стабилизацию украинской государственности и осуществление ее постепенного дрейфа в сторону вступления в Таможенный союз, ЕАЭС, ОДКБ и осуществления иных форм долговременной ассоциации с Россией.

Осуществляя всестороннюю деятельность подобного рода, Россия должна коренным образом изменить собственную информационную политику. С приграничных территорий, прилегающих к Украине, должна быть налажена трансляция на двух языках Первого украинского канала, главной целью которого станет донесение подлинной правды о политике России, войне на Донбассе, а также возможные всесторонние инициативы российско-украинского стратегического взаимодействия.

Реализуя подобную политику, в то же время необходимо понимать, что социум сегодняшнего государственно-оформленного Донбасса (конфедерации ЛДНР) частью Украины не захочет стать никогда, и даже гипотетическая односторонняя сдача Донбасса в руки Киева обойдется Москве бесконечно дорогой ценой. Дальнейшее стратегическое взаимосуществование Украины и Новороссии (ЛДНР) будет возможно только в варианте равноправного конфедеративного образования.

Параллельно с украинским направлением деятельности России на Донбассе должно стать направление новороссийское со следующими главными целями:

— отстраивание полноценной государственности Новороссии, охрана ее суверенитета, государственных границ, идейно-смысловой, финансовой и кадровой базы ее дальнейшего функционирования. Любой украинский регион, пожелающий в будущем войти в состав ЛДНР, должен иметь реальную возможность осуществления подобного права.

Таким образом, главным выводом осуществляемого анализа является необходимость создания двух различных фронтов российской внешней политики: украинского и новороссийского, на каждом из которых следует вести соответствующее политическое, идеологическое и информационное наступление. Только так мы имеем шансы прийти к осязаемой благоприятной перспективе на своих ближайших пограничных рубежах.

3.2. Белоруссия: западный форпост России находится под угрозой

Роль Белоруссии в исторической судьбе России переоценить невозможно. Вековая героическая борьба белорусского народа с Речью Посполитой за сохранение национальной самоидентификации и единение с Великороссией, вклад белорусских партизан в дело разгрома немецко-фашистского врага, великие жертвы, понесенные белорусами в эпоху Великой Отечественной войны, — лишь некоторые страницы истории, свидетельствующие о непреходящей огромной ценности белорусского элемента в жизнедеятельности многонациональной российской цивилизации.

Вековое соседство с Западом породило у белорусов особое отношение к нему. Белорус в эпоху перестройки и в последующие 90-е годы оказался не столь впечатлен витринами и фасадами западного образца, как его русские и украинские собратья. В то же время в течение давних лет белорусы постепенно и аккуратно учились у Запада наиболее ценным навыкам, востребованным на Родине, перенимая их в качестве элемента повседневного быта.

Достижения постсоветского периода в жизнедеятельности белорусского государства и общества в конце 90-х — начале 2000-х годов явились на тот период времени весьма впечатляющими. Александр Лукашенко, занявший пост Президента Беларуси в 1994 году, взял курс на единение с Россией и подъем материальной и духовной основ жизнедеятельности белорусского общества. Данных целей удалось добиться благодаря системной работе по восстановлению стремительно утрачиваемых в то время политических, социальных и экономических связей с российским общественным и государственным макропространством при одновременной активизации исторических сложившихся социокультурных кодов белорусского общества: духовной ориентации на великорусские ценности, почитания российско-советской историко-культурной системы символов и смыслов, трудолюбия, социальной справедливости и солидарности. Как результат, уже к началу 2000-х годов Белоруссия смогла преодолеть кризисные тенденции и перейти к всестороннему и устойчивому социально-экономическому росту.

Постсоветский социополитический и социокультурный феномен «белорусского чуда» отразился на жизнедеятельности российского социума и прежде всего его общественно-патриотического актива исключительно позитивным образом. Возрождение российской духовно-культурной матрицы на белорусском пространстве в совокупности с мощным интеграционным импульсом, идущим из Минска, а также примером внушительного белорусского социально-экономического успеха, заразили многие миллионы россиян энергией и верой. «Фактор Лукашенко» дал огромные надежды народам бывшего СССР на возможность исторического возрождения и нового единения в масштабах Великой российской державы XXI века. Не случайно Беларусь стала объектом нападок для различных врагов России, а сама фигура Президента Беларуси вызывала у них припадки ненависти.

Пик темпов роста социально-экономических показателей в Беларуси пришелся на 2004–2007 годы. Более того, эффективность созданной общественной модели поначалу показала свою устойчивость и в периоды мировых экономических потрясений. В частности, кризис 2008 года Беларусь почувствовала не сразу, довольно долго сохраняя внутри себя благоприятные макроэкономические показатели. Резкое падение белорусской экономики произошло лишь во второй половине 2009 года, когда подавляющее большинство стран пик кризиса уже прошло. Связано это было как с существенным уменьшением золотовалютного резерва за указанный период времени и масштабной девальвацией белорусского рубля, так и с неблагоприятными изменениями внешнеэкономической конъюнктуры, обусловленными, прежде всего, ценовой политикой крупных российских нефтегазовых холдингов.

С сожалением приходится констатировать, что негативные экономические тенденции того времени во многом положили начало ползучему и нарастающему ухудшению положения дел в различных сферах белорусской общественной жизнедеятельности, которое со временем все более принимало черты системного кризиса. Анализ указанной ситуации заставляет констатировать, что, помимо ряда объективных геополитических и геоэкономических параметров современного мира, работавших против белорусской экономики и белорусского социума в целом, не менее важными представляются внутренние причины, выраженные в уязвимых местах сегодняшней общебелорусской политической организации, равно как и в долговременно складывавшейся постсоветской системе российско-белорусских отношений. В самом обобщенном виде они могут быть представлены следующим образом.

— Отсутствие стратегического целеполагания у российской правящей элиты на белорусском направлении. Белоруссия, как было показано выше, — неотъемлемая часть многонациональной российской цивилизации. Этот тезис имеет серьезнейшее экономическое, социальное и геополитическое измерение. С прискорбием приходится констатировать, что в новейшей истории многие российские элитно-властные группы рассматривали и продолжают рассматривать Беларусь в качестве разменной монеты в торге с западными элитными группами. Указанная торговля, как правило, обусловливается лишь двумя целями: скорейшей интеграцией ее российских субъектов в политико-экономические топ-структуры Запада и максимально возможным «выжиманием» из Беларуси финансовых средств.

— Отсутствие четкой и последовательной идейно-смысловой базы у самой белорусской элиты. При постоянно демонстрируемом отрицательном отношении Запада к белорусской социально-политической и экономической модели у данного общественно-политического макросубъекта оставались лишь две реальные возможности стратегического развития: 1) вхождение в состав РФ на специально оговоренных условиях; 2) самостоятельное государственное развитие в рамках российского цивилизационного пространства при максимальной одновременной активизации дореволюционно-православных, красно-советских и традиционно-национальных социокультурных кодов. Лейтмотивом второго варианта общественного пути должно было стать стремление сказать возрождающейся России Новое Слово и вхождение в ее состав в порядке отдаленной стратегической перспективы. Повторим еще раз, что иных эффективных стратегий у белорусской элиты не было и нет.

Увы, ни та, ни другая стратегии не были в течение двадцати лет полноценно и последовательно реализованы. Даже в наиболее успешные годы для белорусской экономики вышеуказанные положения не приобрели характер устойчивых идеологических императивов. В последние же годы белорусская элита осуществляла лишь позиционное балансирование между российским и западным центрами силы, решая вопросы текущей сиюминутной конъюнктуры, усиливая тем самым кризисные тенденции в долгосрочной перспективе. Результат такой политики в конечном итоге оказался отрицательным. Несмотря на некоторое продвижение белорусских товаров на западный рынок, Белоруссия так и не получила на Западе звания полноценного экономического контрагента, в то время как во внешнеполитической ориентации западного истеблишмента Беларусь была и остается государством-парией.

В это же самое время многие элементы российского двадцатилетнего социокультурного регресса — масштабная коррупция, бюрократизация различных сфер государственной деятельности, вопиющее социальное неравенство, низкие доходы подавляющего большинства населения — все сильнее становятся каждодневной социальной практикой республиканской жизни. Сегодняшнее белорусское руководство, балансируя между различными мировыми центрами силы и собственной внутриэлитной борьбой, должно осознать, что долговременное позиционное сдерживание растущих регрессивных тенденций подобным способом может погубить республику во вполне ощутимой перспективе.

Еще раз напомним, что стабильная жизнедеятельность Беларуси является залогом стабильной жизнедеятельности России. В качестве иллюстрирующего примера обозначим, что роль функционирования российских ракетных частей, находящихся на белорусской территории, в обеспечении российской безопасности с Запада воистину огромна, и потеря подобного белорусского плацдарма для России может обернуться катастрофой. Исходя из этого, считаем необходимым, чтобы вопросы разрешения белорусской кризисной проблематики прорабатывались бы не только в Минске, но и в Москве. Правящие московские группы должны понять, что Белоруссия является для России главным форпостом на западном направлении, значение которого переоценить чрезвычайно трудно. Любое улучшение социально-экономической ситуации в республике будет резонансом отражаться на российском большом материке, и наоборот, обострение ситуации в Беларуси будет актуализировать для России новую систему угроз.

Российское и белорусское правительства в рамках Союза России и Беларуси должны разработать серию совместных программ, направленных на оздоровление социальной и финансово-экономической ситуации в республике. Одновременно российский бизнес, работающий в Беларуси, должен быть наделен общеобязательным пакетом социальных обязательств по отношению к местному населению. На официальном московском уровне также должен быть разработан пакет образовательных и культурных программ, позволяющих поднять знамя белорусской самобытности в рамках российского государственного социокультурного поля и наиболее эффективно обеспечить в него ее скорейшую интеграцию.

Белорусская же элита должна осознать, что у нее по-прежнему остается лишь два стратегических выхода — вхождение в состав России на специально оговоренных условиях, учитывающих специфику республики, либо сохранение белорусского государственного суверенитета при четком позиционировании себя в рамках российского геополитического и геоэкономического пространства, сопровождаемого стремительной активизацией общероссийских цивилизационных и белорусских традиционно-национальных идейно-смысловых начал. Ситуация для полноценной и полнокровной реализации этих сценариев на сегодняшний день значительно менее благоприятна, нежели в 2007 году, но именно они по-прежнему являются единственно спасительными для сохранения жизнедеятельности республики в ее средне- и долгосрочной перспективе. Чем скорее произойдет осознанный выбор одного из предложенных выше путей и начнется его соответствующая последовательная реализация, тем больше у белорусского социума остается шансов на преодоление негативных тенденций и отстраивание более приемлемой модели будущего.

3.3. Постсоветское пространство как зона особого внимания России

Процессы, происходящие в течение двух последних десятилетий на постсоветском пространстве, имеют воистину драматический характер. Европеизация и вестернизация, принятые российской правящей элитой в качестве основополагающих принципов осуществления политической деятельности, все более показывают свою неэффективность. Данная ситуация особенно заметна в республиках бывшего СССР — зоне стратегических интересов России, откуда она все сильнее выталкивается своими геополитическими конкурентами, не получая за это ничего взамен. Продолжение таких тенденций в будущем грозит российскому государству полной потерей влияния в вышеуказанных цивилизационных границах, что не сможет не обернуться для нее катастрофическими последствиями.

Как уже было неоднократно подчеркнуто выше, единственный выход из сегодняшней тяжелой ситуации состоит в отстраивании единого в экономическом и политико-идеологическом отношении Евразийского пространства, способного в определенной исторической перспективе приобрести черты единого государственного образования и стать мощнейшим центром силы на мировой арене. Сделать это можно лишь на основе всеобъемлющей сверхмодернистской матрицы, представляющей из себя идейно-смысловой синтез всех эпох российской истории и базирующейся на принципах братства народов социальной справедливости и всестороннего развития человека.

Еще раз повторимся, что реализация данной стратегии является в сегодняшних условиях крайне необходимой и единственно возможной. В то же время осуществить ее в суровых реалиях XXI века окажется непросто. Сделать это будет возможно лишь в течение длительной систематической последовательной работы и при тщательном учете местной специфики каждого конкретного региона постсоветского пространства. Это, в свою очередь, потребует масштабного и стремительного усиления потенциала отечественных экспертных центров для сбора, переработки и анализа информации, способных формировать междисциплинарное знание, а также управляемого складывания элитно-властных групп и подразделений, каждое из которых будет ответственно за свой участок указанной деятельности.

Сделаем краткий обзорный анализ каждого постсоветского региона в отдельности с вычленением в нем основополагающих проблем и попробуем обозначить контуры их дальнейшего решения.

Молдова. Социально-экономическую ситуацию, сложившуюся в республике, можно охарактеризовать как крайне тяжелую. Колоссальная безработица в регионе заставляет основную часть трудоспособного населения искать заработок за границей (большая его часть трудится в России, меньшая — в Европе). Стоимость коммунальных услуг по местным тарифам огромна и делает городскую жизнь отдельно взятого человека крайне дорогой. К примеру, ежемесячная цена зимой в Кишиневе за отопление квартиры практически в два раза превышает среднюю зарплату. Многие кишиневцы целый год копят деньги, чтобы расплатиться за зимние коммунальные услуги.

В Молдове существует большая дифференциация в настроениях между основной массой населения и небольшой элитной прослойкой, курирующей государственные, информационные и бизнес-структуры. Правящая элитная группа не устает декларировать приверженность румынско-унионистскому и европейскому векторам развития, в то время как основная масса людей настроена пророссийски и проевразийски, что неоднократно фиксировалось соцопросами.

Приведенные выше факторы говорят о том, что работать с сегодняшней кишиневской элитой, осуществляя совместный поиск задач и точек соприкосновения, Москве будет крайне трудно. Прилагать усилия по разрешению молдавской проблематики России следует путем максимального использования технологий «народной дипломатии», активизации потенциала гражданских обществ указанных стран с целью реализации необходимых для населения социальных и правовых проектов, а также применения новых способов бизнес- и информационной интеграции.

Молдавский вопрос необходимо решать отдельно от приднестровского. Социум Молдовы, как бы ему не было больно, должен осознать, что единственно возможной исторической перспективой для Приднестровской Молдавской республики является только ее международное признание Россией. Людям необходимо объяснять, что юридическое признание Приднестровья является не актом, враждебным молдавскому обществу и государству как таковому, а способом защиты живущих в регионе соотечественников. Кроме того, различия в укладе и менталитете жителей разных берегов Днестра, заметные еще в советское время, усилились за последние десятилетия многократно, а многочисленные обиды, нанесенные приднестровцам официальным Кишиневым, бесследно не прошли. В то же время в случае смены в Молдове правящего режима и его перехода на рельсы евразийской интеграции имеет смысл рассмотреть возможность возникновения временного регионального приднестровско-молдавского конфедеративного образования при твердом условии полного юридического равенства обоих государств. Такой подход поспособствует постепенной ликвидации многолетнего конфликта между приднестровской и молдавской общностями и нормализует обстановку в регионе.

Следует также констатировать, что многие жители сегодняшней Молдовы в конце 80-х — начале 90-х годов смотрели на Приднестровье как на альтернативную, антиунионистскую Молдавию, способную в будущем сказать молдавскому миру Новое Слово. Данный социокультурный код должен быть возрожден и активизирован на обоих берегах Днестра, что также поспособствует постепенному налаживанию общественного диалога двух социумов, даже если это будет происходить вопреки стремлениям нынешних кишиневских элит.

Грузия. Данное государство является для современной России одной из самых проблемных точек. Тотальная американизированность элиты, жесточайшая зависимость государственного бюджета от субвенций и трансфертов США, мощнейшая антироссийская пропаганда местных СМИ, выпадение сегодняшней грузинской молодежи из российского социокультурного поля и русского языкового пространства, контрмодернистские технологии элиты, создающие в республике атмосферу «нового средневековья», делают работу российских общественных и государственных структур на этом направлении крайне и исключительно трудной. В то же время геостратегическое расположение Грузии таково, что Россия просто не может позволить себе относиться к этой территории как к «отрезанному ломтю». Исходя из этого, инициация деятельности структур российского гражданского общества на этом направлении должна быть дополнена труднейшим и тончайшим диалогом с представителями грузинской элиты, стержнем которого, как и в случае с представителями украинских правящих групп, необходимо сделать девиз — «финансовые преференции взамен на идеологическую трансформацию». Грузинским элитным группам можно открывать доступ на российский рынок и участие в российском финансово-экономическом процессе лишь под условия мягких идеологических изменений в ее информационно-пропагандистской сфере, в том числе постепенной смены воинствующей антироссийской риторики и мягкий пересмотр отношения к советскому и дореволюционному периодам совместной российско-грузинской истории.

Как и в случае с Приднестровьем, абхазский и осетинский вопросы при переговорах с Грузией должны быть строго выведены за скобки и четко определены как зона исключительного российского геостратегического влияния, решать которые Россия будет при исключительном взаимодействии с сухумскими и цхинвальскими элитными группами.

Юридическая Сергеев А.Л. Российская государственность в XXI веке: основные проблемы. Монография

Юридическая Сергеев А.Л. Российская государственность в XXI веке: основные проблемы. Монография

Настоящая книга посвящена анализу теоретических основ российской государственности и различных аспектов ее функционирования. В работе освещаются сегодняшние наиболее острые социальные, экономические, идейно-смысловые проблемы жизнедеятельности российского государственно-организованного общества и одновременно предлагаются сценарии их дальнейшего разрешения.<br /> Особое внимание уделяется постсоветскому пространству как зоне жизненно важных интересов России, а также фундаментальным аспектам российской общественной жизнедеятельности – вопросам образования, семейной политики, конституционного права и правоохранительной системы.<br /> Для широкого круга читателей.

Внимание! Авторские права на книгу "Российская государственность в XXI веке: основные проблемы. Монография" (Сергеев А.Л.) охраняются законодательством!