Причины преступности в местах лишения свободы. Учебное пособие

Под ред. Антонян Е.А.

Возрастное ограничение: 0+ Жанр: Юридическая Издательство: Проспект Дата размещения: 09.03.2017 ISBN: 9785392243488 Язык: Объем текста: 142 стр. Формат: epub

Оглавление

Предисловие

Глава 1. Общая характеристика причин и условий совершения преступлений в местах лишения свободы

Глава 2. Исследование причин совершения насильственных преступлений в местах лишения свободы

Глава 3. Исследование психологических причин совершения преступлений в местах лишения свободы

Заключение

Для бесплатного чтения доступна только часть главы! Для чтения полной версии необходимо приобрести книгу

Глава 3.
Исследование психологических причин совершения преступлений в местах лишения свободы

3.1. Основные психологические подходы к изучению причин совершения преступлений в местах лишения свободы

В психологическом изучении причин преступлений в местах лишения свободы пенитенциарными психологами используется целый ряд теорий и подходов.

Так, с позиции психодинамического подхода значительная роль отводится недостаточному развитию и функционированию такой категории в структуре личности, как Суперэго. С данной точки зрения преступность является следствием «неудачного социально-культурного развития» (Glover, 1960). Объяснительная полезность психоаналитических теорий, возможно, ограничивается лишь «иррациональными» преступлениями, которые совершаются по причине бессознательных конфликтов, возникших в раннем детстве.

Г. Айзенк в свете своей теории криминальности предпринял попытку объяснить, почему отдельные индивиды не могут подчиняться социальным нормам, правилам поведения, авторитетам. Отличительные черты преступников связываются этим ученым с тремя независимыми шкалами измерений темперамента: нейротизмом — (эмоциональной) стабильностью (N); психотизмом — Суперэго (Р); экстраверсией — интроверсией (Е).

Подразумевается, что N отражает большую реактивность лимбической и вегетативной систем, следствием чего являются более сильные эмоциональные реакции на стресс. N, в свою очередь, измеряет склонность к тревоге, депрессии, низкой самооценке и негативным переживаниям. В основе же E лежит уровень возбудимости коры головного мозга, который регулируется активностью ретикулярной формации (кортикоретикулярные связи).

Экстраверты, с точки зрения Г. Айзенка, отличаются сравнительно низким уровнем возбудимости и медленным формированием условных реакций, лежащих в основе обучения. В этой связи они требуют более интенсивной стимуляции для поддержания «гедонистического настроения» и менее восприимчивы к боли. Поэтому экстраверты меньше подвержены страху наказания, труднее поддаются социализации.

Если экстраверт к тому же является невротиком, то он будет демонстрировать еще более сильные антисоциальные тенденции. Автором теории предполагается также, что преступники должны иметь также высокие оценки по шкале Р (психотизм), что находит выражение в таких чертах личности, как доминантность, враждебность, равнодушие к чувствам других, жестокость, агрессия и т. п., свойственных больше психопатическим личностям. Поэтому считается, что группа преступников имеет повышенные средние значения по всем трем измерениям.

Впоследствии Г. Айзенком был разработан опросник EPQ для измерения показателей N, P, и Е, который нашел широкое применение в психодиагностических исследованиях делинквентного поведения. Автор подчеркивал, что его теория не может быть применена ко всем преступникам, имеющим различные криминальные карьеры. Этим, вероятно, объясняется неоднозначность результатов исследований, направленных на установление взаимосвязей между шкалами N, P, Е и характером криминального поведения.

Для изучения склонности к криминальному поведению использовалась также когнитивная теория развития личности Ж. Пиаже, впоследствии развитая Колбергом. В этой теории были дифференцированы следующие уровни и стадии морального развития индивида:

1) предконвенциональный (доморальный) уровень. На данном уровне моральные и своекорыстные ценности не различаются. На первой стадии этого уровня превалирует ориентация на подчинение и наказание. На второй стадии акцент делается на удовлетворении собственных потребностей при одновременном признании потребностей других;

2) конвенциональный уровень. На этом уровне субъект идентифицируется с окружающими людьми, интернализует правила и ожидания других. На первой стадии данного уровня наблюдается ориентация на межличностное согласие и соответствие ожиданиям другого. На второй стадии — достигается социальное согласие и поддержание системы путем выполнения обязанностей, норм, законов общества или конкретного социального института;

3) постконвенциональный уровень. Для этого уровня характерно отделение субъекта («Я») от правил и ожиданий других. Здесь на первой стадии отдается предпочтение таким ценностям, как жизнь и свобода. На второй (последней) стадии — ориентация на самостоятельно выбранные универсальные этические принципы справедливости, соблюдения прав и уважения достоинств человека. Здесь законы и социальные соглашения поддерживаются до тех пор, пока они отвечают этим принципам.

Отношения между моральным развитием и делинквентностью непросты. Однако предположение о том, что лица с деликвентным поведением будут демонстрировать задержку моральной зрелости, подтверждается результатами целого ряда исследований. Так, согласно полученным данным, большинство делинквентов находятся на второй стадии предконвенционального уровня. Например, матери делинквентов демонстрируют моральные суждения более низкого уровня, чем матери законопослушных граждан. Для рецидивистов же характерен низший уровень моральных рассуждений. Есть все основания полагать, что лица с делинквентным поведением, демонстрирующие невысокий уровень моральной зрелости, видимо, развиваются с меньшей скоростью, а не останавливаются в своем развитии на предконвенциональном уровне. Есть также предположение, что преступления, совершенные подростками, достигшими конвенциального уровня морального развития, тесно связаны с давлением ситуационных факторов, ведущих к внутриличностным конфликтам. В русле данной гипотезы широкое распространение для измерения уровня моральной зрелости получило так называемое интервью моральных суждений (англ.: мoral judqement interview — MJI), в котором обследуемым предлагаются гипотетические моральные дилеммы, ставящие человека в ситуацию выбора между действием, санкционированным властью, и действием, оправданным насущными человеческими потребностями.

Существуют также комплексные теории криминального поведения, в которых эклектически объясняются социологические, поведенческие и психологические теории. Так, например, утверждается, что антисоциальное поведение зависит от психофизиологических характеристик (слабая возбудимость коры головного мозга), интеллектуального уровня, личностных черт (импульсивность, слабая эмпатия, неразвитая совесть), усвоенных мотивов и убеждений, приобретенного статуса в референтной группе, социального положения в обществе и т. д. Необходимо, однако, помнить, что комплексные теории, отражающие попытки объединения различных теоретических направлений, пока не доказали преимуществ перед традиционными подходами к объяснению криминального поведения.

3.2. Психологическое изучение личности осужденных

3.2.1. Психологические особенности лиц, склонных к криминальному поведению

Индивидуально-психологические особенности личности, проявляющей готовность к совершению преступных деяний, описаны в значительном количестве работ как зарубежных, так и отечественных исследователей. В этих исследованиях интеллектуальная способность часто рассматривается как важный фактор антисоциального поведения. Действительно, более высокий интеллект, выполняя роль некого защитного барьера, уменьшает вероятность криминального развития, особенно наиболее грубых его форм. Кроме того, низкие интеллектуальные возможности существенно ограничивают адаптационные возможности индивида. Однако значение низкого интеллекта в криминальном поведении во многих аспектах еще остается неясным.

Так, насильственные преступления чаще совершают импульсивные психопатические личности с низким интеллектом, чем психопаты с высоким интеллектом или не психопаты с низким интеллектом (Neillrun, 1982). Вообще неспособность сдерживать импульсивные действия, связанные с удовлетворением сиюминутных потребностей, несмотря на риск долговременных негативных последствий, является отличительной чертой некоторых категорий преступников (убийц, сексуальных маньяков и т. д.).

Сравнение личностных профилей преступников и не преступников, проведенное иностранными учеными с использованием методики MMPI, показывает, что значимые различия между ними выявляет однаединственная шкала Pd (психопатические отклонения). Одновременное увеличение показателей по Pd и Ma (гипомания) повышает риск девиантного поведения. Если при этом наблюдаются и высокие значения шкалы Sc (шизофрения) — налицо девиантное мышление и устойчивые установки на криминальное поведение.

Российские работы, направленные на изучение личностных особенностей осужденных, отбывающих наказание в местах лишения свободы, обнаруживают аналогичную конфигурацию профилей MMPI (Ю. М. Антонян и др., 2000). В этих исследованиях усредненный профиль осужденных носит пикообразный характер с ярко выраженными возвышениями по трем клиническим шкалам Pd, Sc и Pa (шкала паранойи). Шкала Ma, хотя и имеет менее выраженный подъем, но также приближается к 70 Т-баллам, что позволяет интерпретировать личность в терминах чрезмерной активности, несдержанности, неспособности видеть собственные недостатки, манипулятивности в отношении с людьми, ажитированности, склонности к беспокойству и вспышкам агрессии. Такая конфигурация профиля позволяет интерпретировать наличие у большинства осужденных, совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления, заостренных личностных черт, в значительной степени, определяющих их поведение.

Сочетание высоких значений шкал Pd, Pa и Sc встречается у данной категории осужденных не случайно, и их психопатический профиль является непротиворечивым, т. е. шкалы в определенном смысле согласованы и усиливают негативные качества личности, отражаемые в каждой отдельно взятой шкале.

Пик (т. е. наиболее высокие значения) по шкале Pd cвязан с такими свойствами обследованных осужденных, как импульсивность, стремление к немедленной реализации своих побуждений, действий без учета последствий своих поступков. Их поведение характеризуется плохой рассудительностью, рискованностью, отсутствием чувства вины за свои поступки, неспособностью на глубокие эмоциональные переживания, склонностью к обвинению других в своих неудачах, проявлением бунтарства, неприятием ценностей и стандартов общества.

Одновременное с Pd повышение значений шкалы Pa (паранойя) усиливает все вышеописанные тенденции, которые становятся постоянной линией поведения, поскольку указанная шкала отражает ригидность, наличие аффективно заряженных установок, подозрительность, враждебность, обидчивость, затаенную неприязнь, чрезмерную чувствительность к мнению окружающих, склонность к спорам и морализаторству. Единовременный подъем показателей шкалы Sc (шизофрении) еще в большей степени усиливает асоциальные и враждебные черты. Видимо, это связано с тем, что такая личность характеризуется не только асоциальным поведением с выраженной застревающей враждебностью, но и имеет собственную позицию, обосновывающую и оправдывающую криминальное поведение. Для данных лиц характерны: развитое воображение, необычные мысли и идеи, широкий круг интересов, трудности в разделении реальности и фантазий, неспособность адекватно проявлять свои чувства, изолированность, неприступность, неприятие социальной среды, наличие абстрактных и неясных целей.

Ценностные ориентации и убеждения осужденных тоже имеют свои особенности. Они чаще всего в большей степени ценят вседозволенность, агрессию и возбуждение, отвергают повседневную работу и обязанности. Поэтому достижение целей для них становится значимым только в случае, если эти цели имеют актуальную личностную значимость. Для большей части осужденных характерен отказ от ответственности (криминальное поведение объясняется только влиянием внешних факторов, но не наличием собственных личностных изъянов), непризнание нанесения вреда потерпевшим, непризнание наличия жертвы (она это заслужила), осуждение тех, кто выносит приговор (несправедливость и предвзятость), ссылка на преданность высшим интересам (приоритет групповых ценностей) (Sykes, Matza, 1957). Другими словами, оправдание криминального поведения часто осуществляется с помощью механизма психологической защиты, называемого рационализацией.

В широком смысле психологическая защита рассматривается как последовательное искажение когнитивной и аффективной составляющей образа реальной ситуации с целью ослабления эмоционального напряжения, угрожающего индивиду, в основном структуре личности, называемой «Я» (эго), т. е. динамической системе представлений человека о самом себе, включающей осознание им своих физических, интеллектуальных, нравственных и прочих качеств, а также совокупность установок, направленных на себя.

Для того, чтобы совладать с возрастающим числом конфликтов внешнего и внутреннего плана в нынешней жизни, осужденные вынуждены более интенсивно использовать психологическую защиту и соответствующие формы защитного поведения, в том числе и деструктивные. Юридическим психологам хорошо известна связь между ненормативным функционированием механизмов защиты и девиантным поведением. Вообще отклоняющееся поведение можно рассматривать как попытку неэффективной адаптации индивида в социуме с помощью фиксированной структуры защит. Обычно психологическая защита функционирует автоматически, не согласуясь с сознанием.

Рассмотрим наиболее доступные для психодиагностического измерения и предположительно наиболее распространенных в среде осужденных механизмы психологической защиты.

Отрицание — наиболее ранний онтогенетически и наиболее примитивный психологический механизм защиты личности. Отрицание означает непризнание, отказ, опровержение, отречение. Отрицание — особая форма сопротивления индивида, когда вытесненное из сознания содержание (желание, мысль, чувство, эмоция и т. п.) становится вновь осознанным и тревожным; защищаясь от аффекта, индивид отрицает, не признает это содержание своим собственным. Этот механизм защиты подразумевает также инфантильную селекцию отношений со стороны социального окружения, при которой негативные аспекты отношений блокируются на стадии восприятия, а позитивные, наоборот, допускаются. В итоге индивид получает возможность безболезненного принятия мира и самого себя.

Проекция — защитный механизм, суть которого в том, что индивид свои собственные нежелательные черты приписывает другим, и таким путем защищает себя от осознания этих черт в себе. А те отрицательные эмоции, которые направлялись бы против себя («чувство вины»), теперь направляются на других.

Таким путем индивиду удается сохранить высокий уровень уважения к себе. Так, осужденный приписывает окружающим жестокость и негативность, которые характерны для собственной личности, чем оправдывает жестокое и несправедливое отношение к окружающим. Тот же, кто не любит и самого себя, может бессознательно проецировать свои отрицательные свойства на других и затем враждебно на них реагировать.

Регрессия как механизм психологической защиты представляет собой психический процесс, посредством которого происходит возврат к предыдущим формам мышления, отношений, поведения, т. е. переход к менее сложным, структурно упорядоченным и менее расчлененным формам поведения. Здесь субъект избегает состояния тревоги путем частичного или полного возврата на более раннюю стадию психического развития.

Следующий механизм психологической защиты личности — замещение — развивается для сдерживания эмоции гнева на более сильного, старшего или значимого субъекта, выступающего как фактор фрустрации. Для того, чтобы избежать ответной агрессии или отвержения, индивид снимает напряжение, обращая гнев или агрессию на более слабый одушевленный или неодушевленный объект или на самого себя.

Подавление — это психическая операция, направленная на устранение из сознания неприятного или неуместного содержания, идей, аффекта и т. п. Данный механизм психологической защиты личности развивается для сдерживания эмоции страха, проявления которого неприемлемы для позитивного самовосприятия. Страх блокируется путем забывания реального стимула, а также всех объектов, фактов, обстоятельств, ассоциативно связанных с ним. Этот механизм защиты отличается осознанностью действия, в силу чего подавленное содержание становится лишь предсознательным, а не бессознательным, поэтому происходит лишь торможение, приостановка аффективного переживания.

Интеллектуализация как механизм психологической защиты личности — это психический процесс, посредством которого индивид стремится выразить в дискурсивном виде, в том числе и во внутренней дискуссии с самим собой, свои конфликты и эмоции, чтобы овладеть ими. В данном процессе абстрактное умствование преобладает над переживанием и признанием аффектов и фантазий. Одна из ведущих целей интеллектуализации — отстранение от переживаний, аффектов и их нейтрализаций.

Следующий механизм психологической защиты личности — реактивное образование или формирование реакции — защитный механизм, при помощи которого неприемлемое содержание (импульс, чувство, эмоция и т. п.) преодолевается путем усиления, гипертрофированного развития противоположной тенденции, т. е. возникает извращенная реакция. Как результат — формируются осознаваемые установки и поведение, которые являются полярными по отношению к бессознательным неприемлемым желаниям и чувствам. Так, в качестве примера можно привести формирование пуританских установок или чрезмерного стремления к чистоте, или другого сверхсильно выраженного установочного поведения. Формирование такой реакции обычно является не просто механизмом сбалансирования новой установки со старой, а механизмом чрезмерного перерегулирования, вплоть до нетерпимости и фанатизма. Так, подавляя свои подлинные враждебные чувства к людям, индивид может стать любезным и чрезмерно заботливым. Жестко критикуя нарушения моральных норм, субъект подавляет собственные подсознательные импульсы к нарушению моральных принципов и норм.

Компенсация как механизм психологической защиты личности — онтогенетически самый поздний и когнитивно сложный защитный механизм, который развивается и используется, как правило, сознательно. Он предназначен для защиты от тревоги, чувства печали, горя по поводу реальной или мнимой потери, утраты, нехватки, недостатка, неполноценности. Компенсация — это попытка исправления или нахождение замены этой неполноценности. Действие данного защитного механизма можно видеть повсюду, где физические или психические, действительные или мнимые недостатки заставляют людей прилагать усилия, чтобы хоть как-то их восполнить и компенсировать.

Все вышеперечисленные механизмы психологической защиты являются одним из средств социально-психологической адаптации осужденных к условиям жизни в местах лишения свободы и особенно ярко проявляются в ситуациях, в которых внутреннее противоречие предельно обострено и требует своего преодоления, снятия или устранения.

Между защитными механизмами, эмоциями (например, аффектами), чертами характера, поведением, психическими аномалиями существует устойчивая связь, а эффективность психологических защит зависит от степени их зрелости. Принято выделять:

— нарциссические механизмы (отрицание, проекция);

— невротические защиты (интеллектуализация, подавление, замещение, реактивное образование);

— зрелые защиты (компенсация, сублимация как одна из форм компенсации).

В зависимости от используемых механизмов защиты возможны, с одной стороны, полноценная социально-психологическая адаптация осужденных, с другой — деструктивные формы их поведения в местах лишения свободы.

Продолжая данную мысль, целесообразно рассмотреть концепцию «криминальной личности», предложенной американскими исследователями Йохельсоном и Саменовым (Yochelson, Samenow, 1976). Авторы концепции предлагают феноменологический подход к личности преступника, в котором основное внимание уделяется своеобразию его мышления. Криминальность Йохельсоном и Саменовым понимается очень широко — как континуум, охватывающий весь спектр мыслительных процессов и криминальных действий. Некриминальная часть этого континуума определяется как «ответственное мышление и действие». Так, ответственные люди нравственны в своей основе, выполняют принятые на себя обязательства и действуют в рамках закона. В противоположной части континуума находятся преступники, которые обладают системой ошибочных схем мышления. Авторами описаны 40 «ошибок мышления», включающих, в частности, обесценивание собственной личности и — как компенсацию — стремление к силовому нажиму в отношениях с другими, непоследовательность мышления, патологическую лживость, селективный стиль коммуникаций, когда в сознание не допускается тревожное содержание, невозможность поставить себя в положение другого человека, отказ от обязанностей, ошибки в принятии решений, фантазии относительно своей антисоциальности, устранение внутренних сдерживающих средств, мнение о себе как «о хорошем человеке», чрезмерный оптимизм, безосновательную веру в то, что «все обойдется».

Йохельсон и Саменов утверждают, что преступники не действуют импульсивно, каким бы авантюрным не казалось преступление, которое обычно предваряется фантазиями, обдумыванием и верой, что всех можно перехитрить. Тем самым нейтрализуется табу (запрет) на криминальное поведение. Видимо, функционирование нарциссических и невротических защит способствует искаженному восприятию реальности и возникновению так называемых «ошибок мышления».

Многие исследователи изучали также связь между типом личности преступника и насилием. Принято выделять два типа лиц, склонных к насильственным преступлениям: преступник с чрезмерным контролем и агрессивный преступник с недостаточным контролем. Так, лица с чрезмерным контролем отличаются сильными сдерживающими механизмами и проявляют агрессию, только если реакция гнева достаточно сильна, чтобы преодолеть торможение. Они редко нападают на других, но если это случается, то их действия отличаются необыкновенной силой, поэтому такие насильственные преступления, как правило, совершаются с особой жестокостью. Преступники с недостаточным контролем характеризуются слабыми механизмами сдерживания агрессии и очень часто реагируют агрессивно на действия других. Необходимо все же заметить, что одних только личностных переменных недостаточно для возникновения насильственных преступлений. Должны «включаться» еще и внешние дополнительные факторы и определенные условия, провоцирующие криминальное поведение (E. Medardee, 1966).

Значительное количество работ по изучению психологических причин преступности посвящено психическим расстройствам осужденных и их криминальному поведению. Информация о распространенности психических нарушений среди осужденных сильно варьируются в зависимости от объемов выборки, страны, временных и других факторов исследования. Например, интервьюирование и использование информации из личных дел 1365 мужчин и 404 юношей шестнадцати английских тюрем позволило поставить первичный психиатрический диагноз по международной классификации болезней (МКБ) 37% осужденным. Здесь основными диагнозами были: злоупотребление психоактивными веществами (23%), расстройство личности (10%), невроз (6%), психоз (2%) и органические расстройства (0,8%). Самой распространенной формой психического расстройства являются алкоголизм, наркомания и расстройства личности (Gunn, Maden, Swinton, 1991 г.). Согласно американским исследованиям, распространенность психических нарушений у осужденных — от 16 до 25%.

Исследователями выявлена также зависимость между определенными видами преступлений и видами психических расстройств. Например, обнаружена связь психозов с такими преступлениями, как поджог и преступное причинение ущерба имуществу. У заключенных, отбывающих пожизненное заключение в лондонских тюрьмах (большинство из которых убийцы), 9% имели симптомы шизофрении, 13% — депрессии, 33% — расстройств личности, т. е. свыше 50% осужденных страдали психическими нарушениями (Taylos, 1986). Значительная часть насильственных и сексуальных преступлений связана с умственной отсталостью. Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) также может быть причиной непредсказуемого агрессивного поведения, приводящего к совершению преступлений.

Такая категория психических нарушений, как расстройство личности, наиболее часто связывается с насильственными преступлениями и несет в себе больший риск совершения насилия, чем психоз. Есть данные о более высоких показателях рецидива у психопатических осужденных, чем у непсихопатов (Hare, McPherson, Forth, 1988).

Из результатов исследований видно также, что криминальная деятельность психопатов идет на спад после 40 лет, что подтверждает их «выгорание» с возрастом. Психопаты обычно описываются как антисоциальные, агрессивные, очень импульсивные личности, лишенные чувства вины и неспособные формировать прочные узы привязанности с другими людьми (McCord, 1964). Значительное число психиатров считает, что подобные личности представляют большую опасность для общества и являются причиной многих тяжких преступлений. Лица такого типа не способны сдерживать себя, когда преследуют желанную цель, — это одна из ключевых черт психопатической личности. Отличие психопатов — в характерном недостатке способности сдерживать тенденцию к непрерывным, ориентированным на достижение цели действиям, даже если эти действия ведут к преступлению и наказанию. Такой целью могут быть какие-то личные выгоды, деньги, секс и т. п. Вообще психопат не способен принимать ответственность за свои поступки и прогнозировать их печальные последствия. Наибольшее значение для психопатической личности имеет достижение непосредственной цели, для чего используются любые средства. Если же цель может быть достигнута с помощью угроз или насилия, психопат осуществит нападение не задумываясь о том, к каким негативным последствиям это может привести.

Известный исследователь данной категории преступников Р. Хейр составил список признаков психопатии, куда вошли двадцать пунктов, которые являются отличительными характеристиками психопатов. В данный список, например, включены: болтливость и поверхностный шарм, сильное чувство собственной ценности, патологическая склонность ко лжи и обману, бессердечность и недостаток эмпатии, плохой контроль над поведением, неспособность принять ответственность за свои поступки. Преступники, имеющие самые высокие показатели по этому списку, намного чаще получали судимость за преступления, связанные с насилием, чем другие преступники, и в тюрьме они вели себя жестоко и агрессивно (Hare, McPherson, 1984).

3.2.2. Психологические особенности личности осужденных мужчин

Психологами установлено, что лицам, виновным в уголовных преступлениях, свойственны более слабая адаптивность, отчужденность, импульсивность, агрессия, чем законопослушным гражданам. Зачастую они не могут объективно оценить свой негативный опыт, плохо рефлексируют и эмоционально доминантны. Здесь проявляются и общие для всех правонарушителей особенности: амбивалентная самооценка (завышен­ное или заниженное самоуважение), ослабленная самореализация, общее негативное содержание ценностно-нормативной сферы (пренебрежение к нормам и традициям общества, использование другого человека как средства достижения собственных целей), неумение и нежелание строить с другими людьми субъект-субъектные отношения, отсутствие лояльных форм общения и доминирование агрессивных, нападающих или пассивных, приспособленческих форм.

Зачастую по причине недостаточного образования, опыта жизни в неблагополучных семьях и общения в криминогенных сообществах у человека формируется синкретическое самосознание, появляется неадекватная уверенность в том, что успех в жизни зависит от удачливости, везения. Такие люди фаталистичны, что говорит об их общей пассивной жизненной позиции. С другой стороны, они непредсказуемы: от меланхолии они спонтанно переходят к агрессивным действиям и правонарушению. Доказано, что преступные лица отличаются от законопослушных граждан — носителей обыденного самосознания — системой ценностных ориентаций. Так, преступные лица и законопослушные граждане существенно отличаются отношением к ценностно-нормативной системе, сложившейся в обществе. У преступников мало выражено или вообще не выражено побуждение к соблюдению социальных норм. Также у них снижена потребность в саморегуляции, наблюдается высокая тревожность и сниженное чувство реальности бытия.

Вообще личность преступника отличается от личности законопо­слушного человека прежде всего общим негативным содержанием ценностно-нормативной сферы, идентификацией с лицами, стоящими в маргинальной социальной позиции и позиции законопослушания, отношением к работе и труду как обременительной, насильственной необходимости.

Так, преступники считают мораль чем-то вроде этикета, который часто меняется, чтобы судить о том, что хорошо, а что плохо. По их мнению, мораль — дело вкуса: каждый может поступать спонтанно, по интуиции. Нравственное поведение само по себе немного стоит, поскольку правым оказывается тот, кто добивается успеха. С их точки зрения, мораль полезна власти, она то же самое, что и пропаганда. Зачастую осужденные в решении вопроса «добра и зла» занимают открытую позицию в пользу анархизма или свободы. Например, осужденные скорее сомневаются, надо ли работать, если в этом нет необходимости, тогда как законопослушные граждане однозначно считают работу для себя достаточно важной.

У взрослого человека с выраженной криминогенной направленностью присвоения чужого имущества любыми средствами может быть несколько типов мотивов. Сюда относят:

— мотивы, порожденные гипертрофированными потребностями, а также притязаниями материального характера;

— мотивы, обусловленные необходимостью в разрядке устойчивых отрицательных эмоциональных состояний субъекта (например, переживанием чувств тревоги, отчужденности, неполноценности, обиды, зависти, злости, агрессии и др.);

— мотивы, порожденные фиксированным чувством неприязни по отношению к конкретным людям или группам людей;

— мотивы, вызванные потребностями в социально отчужденном образе жизни;

— мотивы, порожденные юридически неадекватными сте­реотипа­ми.

Негативные, криминогенные мотивы влекут дополнительные тяжелые последствия: так, потребности, возникающие под влиянием мотивационного многообразия, становятся ненасыщаемыми. Нарушившие закон должны быть наказаны судом. Но нарушившие закон по злому умыслу наказаны еще и тем, что личность их продолжает развиваться в криминогенном направлении. Падение через совершение противоправного поступка ведет к падению самой личности. Множественность асоциальных действий увеличивает и усугубляет пороки человека.

Самыми представительными по численному составу являются категории осужденных, отбывающих наказание за преступления в сфере экономики. В психологическом плане механизмы совершения большинства преступлений против собственности имеют схожую основу, которая выражается в устойчивости корыстных побуждений (мотивации) личности. Здесь мы сталкиваемся с проблемой отчуждения личности, формированием у нее системы негативных отношений к обществу в целом или отдельным его представителям, имеющим, как правило, высокий социальный, экономический или профессиональный статус. Если мелкие хищения нередко обусловливаются повседневными потребностями, материальными трудностями, то крупные гораздо чаще корреспондируются с повышенным уровнем притязаний или явным стремлением доминировать в среде ближайшего окружения с помощью признаков материального благополучия.

Для данной категории осужденных наиболее выраженными являются такие личностные черты, как гибкость мышления, достаточно высокая интеллектуальная развитость, хорошая информированность, осторожность, расчетливость, практичность, недоверие к окружающим, приземленность стремлений, динамичность, потребность в самоутверждении и признании, достаточно высокий уровень самоконтроля.

Юридическая Под ред. Антонян Е.А. Причины преступности в местах лишения свободы. Учебное пособие

Юридическая Под ред. Антонян Е.А. Причины преступности в местах лишения свободы. Учебное пособие

Преступность в местах лишения свободы привлекает к себе последнее время все больше внимания. Учебное пособие представляет собой анализ криминогенных процессов, происходящих в местах лишения свободы. В нем рассматриваются такие важные направления, как общеуголовные преступления, совершаемые осужденными в период отбывания наказания в виде лишения свободы.<br /> Законодательство приводится по состоянию на декабрь 2016 г.<br /> Учебное пособие может представлять интерес для бакалавров, магистров, аспирантов, обучающихся в высших юридических образовательных учреждениях, а также для всех интересующихся проблемами исполнения уголовных наказаний.